Новый Мир ( № 9 2007) полностью

Лу Юй.Канон чая. Перевод с китайского А. Т. Габуева. М., “Гуманитарий”, 2007, 123 стр., 1000 экз.

Из классики китайской средневековой литературы и культуры — трактат “Канон чая” стал первой книгой о культуре чая и чаепития в мировой истории и сделал его автора мифической фигурой в Китае, существует даже Храм Лу Юя как покровителя чая (в городе Тяньмэнь). Реальный Лу Юй (733 — 804), прежде чем стать писателем, воспитывался в буддийском монастыре, а затем, бежав из монастыря, много лет играл в труппе бродячих актеров. “В „Каноне чая” впервые дано системное описание чайного действа, содержится огромный комплекс знаний о выращивании, обработке и географии произрастания чая, инструментах и технике чайной церемонии, а также традициях чаепития в Китае до эпохи Тан включительно (618 — 907). Труд Лу Юя во многом стал образцовым для написания всех последующих сочинений по чайной традиции” (от издателя).

СоставительСергей Костырко.

“АПН”,“Взгляд”,“Время новостей”,“Газета”,“День литературы”,“Завтра”,“Книжное обозрение”,“Кремль.org”,“Литературная газета”,“Литературная Россия”, “Московские новости”, “НГ Ex libris”, “Новая газета”, “Новые Известия”, “Огонек”, “Политический журнал”,“ПОЛИТ.РУ”,“Правая.ru”,“Русский Журнал”,“Русский Проект”,“Спецназ России”

Александр Агеев.Александр Исаевич в стране Ивана Денисовича. — “Взгляд”, 2007, 12 июня.

“Присуждая премию, государство хочет получить признание Солженицына, а вовсе не отблагодарить писателя за служение новой России, тем более что не очень-то он ей служил”.

Кирилл Анкудинов.Ртутное зеркало. — “НГ Ex libris”, 2007, 28 июня.

“Юрий Кузнецов был человеком, одержимым русским Мифом: в этом единодушны все очевидцы явления Кузнецова. Но Кузнецов — единственный — не только воспроизводил в себе голос русского Мифа, но и видел русский Миф со стороны, давая ему исчерпывающе точные характеристики. Кузнецов ироничен — вот что поразительно. <…> Кузнецов поставил перед русскими зеркало, в котором они могут видеть себя. Зеркало не простое, не амальгамированное, а необыкновенное, волшебное, расплывающееся, тускло-ртутное; оно отражает не физические предметы, а онтологические основы русского Логоса, пребывающие в неведомых пределах Мифа. Читая Кузнецова, можно доподлинно осознать, как мыслят русские, как они воспринимают Азию и Европу, Античность и Христианство, пространство и время, прошлое и будущее. В этом — значение его поэзии”.

См. также три не публиковавшихся ранее стихотворенияЮрия Кузнецовав газете “Завтра” (2007, № 26, 27 июня):