— Давай, Жень. Видишь, уже и лапка отросла. Возвращайся. И больше не пугай меня так! Тебе рано уходить, — бормотал он.
«Да, это самое правильное решение», — подумала я и попятилась. И вдруг с кем-то столкнулась. Я сначала не поняла, что случилось, но потом увидела, что стою в окружении черных теней. Они были какими-то жуткими и несуразными. Словно их слепил из пластилина маленький ребенок, пытаясь создать человечка.
От увиденного у меня дернулся глаз. Я не знала, что происходит. Откуда взялись эти тени? Что им надо? А те, не обращая внимания на меня, двинулись вперед. Сначала прошел мужчина, в которого я врезалась. Он был слишком высоким, с длинными руками и маленькой опущенной головой. За ним показалась фигура женщины, почему-то ползущей на четвереньках. А следом потянулись другие сломанные, искривленные, искаженные пятна, больше похожие на испорченные игрушки. Их было много. Мимо меня прошло человек тридцать, не меньше!
И вот что странно. Чем ближе они подходили к грани, тем больше становились похожи на обычных людей. Фигуры приобретали нормальные пропорции, сами тени светлели. Они медленно прошли по сияющей дороге, после чего пересекли грань.
— Жень, хватит. Жень, пора возвращаться! Ты слышишь меня? — снова прозвучал в голове голос, и я осторожно стала отступать назад.
Свет начал меркнуть, меня подхватил вихрь, но перед тем, как окончательно исчезнуть из неведомого мира, я увидела кое-что странное. Один из циферблатов башни с часами начал трескаться. И в тот момент, когда меня понесло прочь, он лопнул и разлетелся на миллионы осколков. От испуга я прикрыла глаза. Я чувствовала, как куда-то падаю, но неожиданно меня подхватили чьи-то сильные руки. И когда я открыла глаза, увидела, что меня держит Лекс.
— Уф, она вернулась. А то я уж думал во Дворце вольер готовить, — грубо пошутил стоящий неподалеку Артур, однако в его словах не было злости. Скорее, облегчение.
— А куда она денется? Лекс в нее вцепился, как клещ. Вот что значит — любит. А вот ты когда меня в последний раз так обнимал? — послышался рядом женский голос.
— Лол, не начинай!
— Что не начинать? Ты со своим Советом совсем о семье забыл! Все носишься куда-то, мир спасаешь. А я, может, скучаю!
Лола смешно надула губы, Артур же вздохнул и сделал резкий шаг вперед. Он обнял жену и крепко поцеловал ее.
— Эй, снимите номер! Фу, смотреть противно, — возмутилась Андреа, и в этот момент с другой стороны от нее еще одна пара крепко обнялась.
Ли Вэй и Лакшми, наконец, отбросили стеснение и показали свои истинные чувства.
— Эй, стойте! Так не пойдет! Я тоже хочу с кем-нибудь обняться, — рассердилась Андреа. — Хм, есть у нас еще холостяки в Совете? Что там с Олегом? Хотя нет. Он на Альянсе женат, так что лучше кого-то другого поискать.
Андреа еще что-то бурчала, вот только я ее уже не слышала. Я смотрела, на Лекса. Он старался держаться, но предательская слеза все же скатилась у него по щеке.
— Лекс, ты плачешь? Из-за меня? — удивленно спросила я.
— Нет. Это во время нападения я нечаянно на ветку напоролся. Видишь, глаз повредил.
— Ой, хватит уже! Признайся ты Жене и дело с концом! — проворчала Лола, оторвавшись от мужа.
— Только давайте не здесь. Надо вернуться во Дворец и сделать заявление, а потом… — вмешался Артур, но Лекс его сразу перебил.
— Нет. Хватит оттягивать. А то там опять что-нибудь случится. Очередные Приграничные войны, цунами, землетрясение. Или вообще метеорит свалится нам на головы. Я больше не стану ждать. Жень, я тебя… Ну ты мне… Люблю, в общем.
— Лекс, я знаю. И тоже люблю тебя.
— Нет, подожди! Ты еще не все знаешь. Возможно, после моего признания ты изменишь свое мнение. Жень, у меня есть сын, Гришаня. Его родила Олеся. Прости, так вышло. Я виноват.
— Хм… М-да…
— Жень, ты только не спеши с выводами! А то этот бугай тебе сейчас наговорит, а тут важно смотреть на обстоятельства. Там вообще все случайно вышло! И было только один раз. Эта Олеська — та еще стерва. Обвела нашего главу вокруг пальца. Полезла к нему, когда он был после перехода, да еще пьяный вусмерть. Тут никто бы не устоял, — поспешил вступиться за друга Артур.
— Что? И ты, значит, тоже не устоял бы и переспал с этой шалавой? — подозрительно спокойным голосом произнесла Лола.
— Я? Да нет! Она абсолютно не в моем вкусе.
— А если бы была?
Парочка отошла и продолжила ругаться уже без нас, а я внимательно посмотрела на Лекса. Он выглядел подавленным и ждал, что я ему скажу. А я… Я вдруг подумала, а не пошло бы оно все? Мы живем лишь раз, и что, я позволю какой-то, как выразилась Лола, шалаве отобрать мое счастье? Тем более я видела, что Лекс действительно сожалеет. И если уж совсем быть честной, в тот момент мы с товарищем взяли паузу. Я жила в Санкт-Петербурге, Лекс боролся с мятежами по всему остальному миру.