Новый мир. Черная смерть полностью

В этот момент произошло еще одно чудо. Света забеременела. Она долго не могла поверить в это. Ходила по врачам и искала у себя скрытую болезнь. После смерти Ярика подруга как будто погасла. Слава как мог поддерживал ее, но я видела, что в их отношениях не все ладно. А Моня как-то проболталась, что трещина в браке друзей появилась уже давно. Они были слишком разные. Несдержанный Владислав сильно давил на нежную и ранимую Свету. И то, что когда-то его привлекло, теперь начало раздражать.

И если Светлана еще как-то старалась ради мужа меняться, то грозный генерал был слишком упрям. Ему было проще умереть, чем признаться, что с ним что-то не так. Все чаще в семье стало звучать слово «развод» и тут такое чудо! Владислав взбодрился, и Света ожила. Сначала она сильно осторожничала. Никому ничего не говорила, не ходила по детским магазинам, до последнего ни на что не надеялась.

Лишь когда малыш родился, она поверила. И проплакала несколько дней, чем напугала весь медицинский персонал. Никто не мог понять, что с ней. Давидыч даже несколько раз приглашал психиатра, но все обошлось. Скоро Свету выписали, и мир вернулся в дом Вяземских.

Маленький Владимир рос и развивался очень быстро, так что вскоре догнал Гришаню. Из-за этого они постоянно цапались. А я смотрела на них и тихо радовалась про себя. Я опять чувствовала себя частью семьи. И как будто снова начала ощущать Лекса. Словно он был рядом. Следил за мной и заботился.

А время неумолимо бежало вперед, и я переживала только об одном. От Матвея не было новостей. Я знала, что он всерьез занялся изучением наночастиц, постоянно экспериментировал. И даже разработал наноброню для бойцов Альянса. Но вот с пчелками у него не клеилось. Хотя я знала, что парень не бросил проект. Мы время от времени созванивались и даже встречались. Каждый раз Матвей мне говорил, что близок к разгадке стабилизации нановируса, но шли недели, годы, десятилетия, а он так и не сдвинулся с мертвой точки.

— Жень, забудь. Надо искать что-то другое, — однажды сказал мне Олег. — И знаешь… Я тут подумал… Ты уверена, что Аня жива?

— Что? Олег, что ты несешь? — разозлилась я тогда.

— Жень, твоя дочка спит так долго! Ты уверена, что она проснется? Вдруг…

— Заткнись! С ней все хорошо, ясно?

— Ты ее чувствуешь?

— Нет. Лекс перед смертью разорвал нашу нить. Это была вынужденная мера! Внутри меня снова начало расти… Что-то. Ему пришлось отсоединить меня от сети.

— Хм. Ясно. Ну хорошо. В конце концов, время идет. Технологии меняются. Рано или поздно нам придется открыть бункер триста шестьдесят шесть. И ты слышала? В районе столицы снова зафиксировали сейсмическую активность. На окраине города, где какой-то идиот умудрился в обход Совета построить бизнес-центр, появилась огромная трещина. Часть зданий ушла под землю. Трагедии чудом удалось избежать. Мы объявили о переселении людей в новую столицу. Матвей уже переехал вместе с лабораторией. Он тебя ждет, чтобы показать что и как.

— Я буду, Олег. И мне жаль, что такое происходит.

— Мне тоже. Столько проблем из-за этого! Еще и пульт этот дурацкий…

— Вы решили его все-таки не уничтожать?

— Да. Как оказалось, этот чертов пульт очень крепкий. Неубиваемый! Он сделан из очень прочного материала. А взрывать его или разбирать никто не решился. Мало ли.

— Даже Матвей?

— Даже он.

— Печально.

— Это точно. Кстати, мы так и не нашли ключи после смерти Лекса. Жень, скажи, он точно тебе не говорил, куда их спрятал?

— Нет, Олег. Не говорил.

Обычно на этом наши разговоры заканчивались. Олегу и Совету все не верилось, что я не знаю, куда Лекс запрятал ключи. Что ж, они были правы. Я знала, но решила умолчать об этом, чтобы исполнить последнюю волю любимого. Он не хотел повторения событий прошлого. Лекс знал, что я никогда никому не отдам ключи, и доверил мне их. А я сделала все, чтобы их не нашли. И продолжала жить и надеяться на скорое пробуждение Ани. А еще я частенько ездила к своей второй семье в старый Санкт-Петербург. И время от времени возвращалась на Алтай. Туда, где была по-настоящему счастлива. Это место, кстати, очень полюбили Гришаня и маленький Вова.

И вот в один прекрасный день, когда мы возвратились с малышней из очередной поездки, ко мне подошел хмурый Владислав и вручил какую-то тяжеленную коробку.

— Что там? — удивленно спросила я.

— Привет из прошлого. И мой тебе совет. Быстрее смотри, что там. А то Моня меня три дня терроризирует. Преследует, чуть ли не слюной капает. Уж больно ей интересно, что спустя столько лет прислал тебе наш не совсем вменяемый друг.

— Друг? Стоп, ты сейчас о ком?

— О Темыче, конечно же. И будь добра, открой это в саду. А то вдруг там что-то взрывоопасное.

Владислав ушел, а я, с трудом подавив волнение, отправилась с коробкой на задний двор. Света и Олеся как раз увели ребятню, чтобы та не путалась под ногами. Мони не было дома. Так что я спокойно занялась посылкой.