Аля прошла границу миров, стражи видели в ней потоки этого мира, и девушка шла по тропе и любовалась цветущей саурой, вдалеке был замок. Аля целенаправленно шла к нему, ей было необходимо разыскать Акио. Она подошла к поляне и остановилась у дерева, спрятала свой рюкзак с вещами в дупле, а потом перекинувшись в ворона вспорхнула в самую ввысь. Черные вороны окружали ее, и девушка устремилась вниз. Перекинувшись она стояла и ждала тех, кто ей был нужен. Первым она увидела Акио.
— Госпожа, — встал на колено воин и склонил голову. Он сразу ее узнал.
— Мне необходима ваша помощь, — тихо произнесла Аля.
Акио поднялся и его глаза сияли, — Мне есть, что вам рассказать… моя госпожа.
***
В его ведении вдруг возник образ разноцветных непослушных локонов, ласкающие глаза и нежный голос. Аран проснулся и с сильно бьющимся сердцем подошел к окну. Комната тонула во мраке, и лишь слабый свет луны проникал через окно. Он напряг все свои чувства, чтобы определить причину, внезапно прервавшую его тишину. Тишину нарушал лишь отдаленный слабый шум. Ничего необычного…
Он натянул черные штаны и взяв в руки клинок оглядел округу взглядом верворона. От ближайшего дерева отделилась тень и скользнула в тень других деревьев.
Абсолютно бесшумно он сливитировал вниз со скалы. Мягкий ворс ковра из травы ласкал его босые ступни, и мозг получал эти импульсы, обращал их в энергию и заставлял бежать все быстрее к тому месту, где он видел неуловимую тень. И тотчас же замер, застыл, согнувшись и едва касаясь руками прохладной травы. Затем выпрямился, осмотрелся… Все чувства ворона были обострены — он услышал бы даже шорох ползущего гада, уловил бы даже легкое движение воздуха.
Аран прислушивался. Тишина… Но откуда же этот звук…
И тут мужчина застыл на месте, на ветке дерева сидел Белый Ворон и лунный свет освящал ее. Самочка. Он сразу это понял. Аран резко повел носом, повернул голову и прищурился. Он боялся пошевелиться и спугнуть столь дивное диво. Самочка расправила крылья и склонила голову набок, а потом взмыла вверх. Аран тут же перекинувшись в ворона устремился за ней.
Ворон? Оборотень? Но он не чувствовал ее инстинктами хищника, она была для него не понятна. Кто она? Просто птица? Но, она верворон. Он устремился за ней делая всевозможные кульбиты и отрезая ей пути. Он гнал ее в сторону замка.
И вот белый ворон камнем полетел к земле, а потом скрылся. Аран смотрел по сторонам, неужели упустил.
И тут из-за дерева показалась белая стройная ножка. Потом водопад белокурых блестящих волос и тихий смех.
Настороженно боясь спугнуть дивное ведение Аран медленно и с опаской стал подходить, и остановился, вздыхая запах. Мужчина забыл, как дышать, его бросало в дрожь. Его глаза вновь поменяли зрачок, он практически прирос ногами к земле, и ошеломленно смотрел на ту, которая была всей его Жизнью, его Светом, его Парой. Его Истинной.
Страсть полилась в его душу серебряным ливнем. Он впитывал ее с каждым вдохом, она струилась по его коже, как шелковые касания ее губ. Его кровь запылала, как расплавленная лава.
Аля вышла из-за дерева нежно улыбаясь.
— Привет, — прошептала она.
Аран ласкал ее взглядом не в силах пошевелиться. Они стояли и смотрели друг на друга не в силах поверить, что это явь, что это не сон. И столько любви излучал его взгляд, столько жизни излучали ее глаза, что не нужно было слов, чтобы понять всю страсть, всю необходимость друг в друге.
А потом он сорвался с места и прижал девушку к себе с такой силой, что Аля думала, что задохнется. Он опустил голову, его губы почти встретились с ее губами, но он остановился в нерешительности. Звук ее прерывистого дыхания дрожью отозвался в его теле. Она трепетала под его рукой, и он чувствовал в себе неровное биение ее сердца.
— Me'Aen'tair. Me'Lavir. Lavir tair. Моя любовь, моя жизнь. Моя болезнь. — И шепча, легко прикоснулся губами к ее губам, и словно ощутил вкус первого глотка изысканного вина. Даже когда ее губы раскрылись, позвали, он пил медленно. Наслаждаясь ее ртом, легким скольжением языка, слабым соприкосновением. Ее тело, такое прекрасное, такое совершенное, прижалось к его телу. Тепло лунного света, заполнило все вокруг и начало пульсировать вокруг них, земля уплывала из-под ног. И хотя пил он медленно, он был пьян от нее.
Когда он оторвался от ее губ, ее вздох почти ошеломил его. Ослабевший, желающий, он наклонился к ее лбу. Ее глаза, нежные, любящие, затуманенные, начали проясняться. Прежде чем эта перемена завершилась, он в последний раз прижался к ней губами.
У Али перехватило дыхание.
— Я ждал тебя, сквозь время, во снах, в этих маленьких просветах жизни, которые столь же мучительны, сколь и прекрасны. Теперь ты со мной. Я никогда не отпущу тебя, — горячо прошептал он.
— Я так люблю тебя, — прошептала девушка в ответ. — Я так скучала… так люблю тебя.
Он принял ее в свои объятия, и его поцелуй был на этот раз жадным. Собственническим. Когда она прижалась к нему всем телом, обвила руками шею, он усилил поцелуй, взял больше. Наполнил себя ею.
— Спрячь счастье в глазах, — улыбнулся он.
