Глава восьмая . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .8
Глава девятая . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .9
Глава десятая . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .10
Глава одиннадцатая . . . . . . . . . . . . . . . . . . .11
Глава двенадцатая . . . . . . . . . . . . . . . . . . .12
Глава тринадцатая . . . . . . . . . . . . . . . . . . .13
Глава четырнадцатая . . . . . . . . . . . . . . . . . .14
Глава пятнадцатая . . . . . . . . . . . . . . . . . . .15
Глава шестнадцатая . . . . . . . . . . . . . . . . . . .16
Глава первая
ВОТ МЫ КАКИЕ!
1
Cамолет свалился на голову — беззвучно выпал из низких немых облаков, растопырив, как кошка лапы, колеса шасси. Грузно ударившись о мокрый бетон, он взревел, жалуясь и страдая, но скоро замолк, помертвев, став просто железом.
Незамедлительно к его толстому боку прилепились два трапа, и по заднему стали спускаться немолодые, но стройные, хорошо одетые, с мягким загаром на лицах, улыбающиеся господа, которых дожидался внизу длинный аэропортовский автобус; передний трап оставался пустым. Тому, кто должен был выйти из открытой двери первого салона, предназначался стоящий прямо у трапа розовый “роллс–ройс”, изящный и церемонный.
Но почему–то из первого салона никто не выходил...
За “роллс–ройсом” стоял огромный, черный, с тонированными стеклами, несколько зловещий “шевроле–субурбан”. Рядом прохаживались и недружелюбно поглядывали по сторонам широкоплечие парни со стрижеными затылками и устрашающе мощными шеями — все в черных двубортных костюмах. Поставив ногу на подножку “субурбана”, что–то кричал в трубку мобильного их начальник — пожилой, седой, пунцоволицый. Он кричал и от крика еще больше пунцовел лицом.
А из первого салона так никто и не выходил...
Седой кричал, парни нервничали, напряжение росло. Только господа из второго салона продолжали улыбаться и смотреть на пустой трап, на парней, на “роллс–ройс”. Иностранцы — они улыбались даже тогда, когда седой вдруг громко и хлестко выматерился...
И одновременно в темном овальном проеме появился тот, кого все ждали. Это был мальчик... И это ему предназначался розовый “роллс–ройс”, и это его собирались охранять бравые секьюрити, и это к нему бежал Седой с невесть откуда взявшимся огромным букетом цветов в руках...
Выходил он как–то странно, боком, словно не желая этого делать, — его буквально выдавливал сзади здоровенный охранник с коротким ежиком рыжих волос, в маленьких черных очках.
