Заменив культ ума культом совести, мы дали бы теоретический шанс неумному человеку в самом главном быть выше умного и не испытывать никакого комплекса неполноценности.
Пьянство — революционное изменение внутри человека: верх и низ меняются местами.
Радостной любовной лирики не бывает. Только два–три стихотворения Пушкина могу вспомнить.
Люди, не имеющие цели существования или потерявшие ее, особенно любят путешествовать. Внешняя динамика создает иллюзию приближения к цели.
В теплоте родимой ограниченности. Ограниченность — форма уюта, с которой человек нелегко расстается.
В холодной комнате жизни ты сам свою постель согрел собственным теплом. Тебе предлагают в той же комнате более обширную и богатую постель. Снова греть ее собственным телом? Нет уж, останусь в старой кровати, в тепле родимой ограниченности.
Был в гостях на даче у нашего замечательного филолога. В доме какая–то дивная тишина. Не перемирие, а райский мир. Он, жена и кошки. Больше никого. Дети взрослые, самостоятельные. На моих глазах одна из кошек бесшумно вспрыгнула хозяйке на плечо. Она, улыбаясь, погладила ее. Он рассказывает:
— Однажды дверь дачи была приоткрыта. Вошла чужая кошка, уверенно влезла на диван и родила там котят. После пришлось котят раздаривать прихожанкам у церкви.
Могло ли это быть случайностью, что неведомая кошка пришла рожать именно в этот дом, где так любят кошек?
Я знал одного человека, которому любимая кошка во время приступов его болезни садилась на грудь. Он говорил, что это облегчало приступы.
<p><strong>Первое лицо, единственное число</strong></p>
НАТАЛЬЯ САВЁЛОВА, ДМИТРИЙ ЮРЬЕВ
*
ПЕРВОЕ ЛИЦО, ЕДИНСТВЕННОЕ ЧИСЛО
Россия и президентство
— Ваша хваленая демократия нам, русским, не личит. Это положение, когда каждый дурак может высказывать свое мнение и указывать властям, что они должны или не должны делать, нам не подходит. Нам нужен один правитель, который пользуется безусловным авторитетом и точно знает, куда идти и зачем.
— А вы думаете, такие правители бывают?
— Может быть, и не бывают, но могут быть...
Владимир Войнович, “Москва 2042”.
