В этом году в саду не выросли цветы — им не удалось пробиться сквозь прошлогоднюю траву. От яблони отвалилось несколько сухих веток, они упали, перегородив дорожку. Дорожку вообще было почти не видно — между плитками выросла трава. В кустарнике завелись ежики. По ночам я ясно слышала их топоток и похрюкивание. Птицы селились в саду и нехотя вспархивали при виде человека. Анна не хотела больше заходить в сад — заглядывала за угол дома и спешила обратно.
— Анна, пойдем погуляем в саду. Почему ты не хочешь?
— Не знаю.
— Он немного запущен, но это ничего, мы завтра же все уберем.
— Он все принес?
— Да-да, он все принес, не беспокойся. Ну, пойдем домой.
Однажды рано утром пришла Йошико. Анна еще пила первый чай в постели.
— Как дела?
— Все хорошо.
— Я вчера говорила с врачами. Фрау Байрль сегодня переезжает в приют. Это специальный дом для таких больных, ей там будет хорошо. А вы сможете ее навещать.
— Уже сегодня?
— Да. Вы же видите, она ничего больше не понимает. Ей все равно, где она — дома или нет.
В руках у Йошико была большая клетчатая сумка.
Я начала собирать вещи. Положила брюки, синие и черные, — эту неделю Анна ходила в темно-серых. Положила блузочки, две остались неглаженными. Положила все три кофты — желтую, черную и Аннину любимую, серую пушистую. Концертные платья остались висеть в шкафу. Собрала белье, трусики и маечки. Упаковала домашние туфли и босоножки. Сложила пальто и курточку. Это было похоже на сборы в отпуск. Наступало лето, и мы с Анной отправлялись далеко-далеко... В Давос.
Йошико сидела возле кровати и разговаривала с Анной.
— Тебе там будет хорошо. Ты ведь хочешь в приют?
— Не знаю...
— Вот видите, — обратилась она ко мне.
— Я ведь ничего не говорю.
— Ну, в общем, это решенный вопрос. Ключи занесите, пожалуйста, фрау Эрмель. Деньги я вам сейчас отдам.
— Хорошо.
Анна слизывала мед с тоста.
— Доедай, Анна, — сказала я.
Йошико застегнула сумку и вышла из спальни.
Мы с Анной встали с кровати, пошли в ванную, помылись и вернулись в спальню — одеваться.
— Ты сейчас поедешь с Йошико, Анна. В Давос поедешь. Хочешь в Давос? Там горы...
— А ты? — вдруг спросила Анна.
Я оторопела. Так связно она давно не разговаривала.
— А я буду ждать тебя дома. Хорошо?
— Не знаю...
Йошико уже заглядывала в дверь спальни.
День был теплый. Анна в последний раз спустилась по лестнице, вышла на крыльцо, зажмурилась от солнечного света. Возле калитки стояла большая белая машина. Йошико укладывала сумку в багажник.
— До свидания, Анна. Дай я тебя поцелую.
