ГоворитИгорь Шафаревич:“Великие композиторы XX века — Стравинский, Прокофьев, Шостакович, Свиридов. На Западе не было в тот же самый период композиторов такого уровня. У нас есть такого масштаба писатели, которых на Западе, по-моему, нет. Вот, к примеру, Хемингуэй, которым так у нас увлекались в моей молодости. Хороший писатель, но такое ощущение, что ему как будто писать особенно не о чем. Только один раз, участвуя в гражданской войне в Испании, он столкнулся с настоящей общенародной трагедией и написал действительно глубокую книгу. В России же драму истории и драму человека „ухо” искусства и литературы слышит. Нет на Западе писателей, эквивалентных Солженицыну, Астафьеву, Белову, Распутину. Поэтому у меня такое впечатление, что к России известный диагноз Шпенглера („Закат Европы”) не имеет прямого отношения. Впрочем, это зависит от того, отождествит ли она себя с этой „закатывающейся” Европой или нет”.
Уильям Батлер Йейтс.Голгофа. Перевод Станислава Минакова. — “Союз Писателей”, Харьков, 2002, № 1 (4).
Пьеса 1921 года.
Юрий Каграманов.Америка приглашает к диалогу. — “Посев”, 2003, № 10
“Надо заново создавать
Вера Калмыкова.Валерий Брюсов: в предчувствии науки ХХ (ХХI?) века. — “
“Напомним, что Валерий Брюсов был чуть ли не единственным, кто спорил с В. И. Лениным по поводу статьи „Партийная организация и партийная литература”, в которой концептуализировалась печально известная ныне „теория отражения”. Как ни дико прозвучит, но нет ли смысла подумать о влиянии ленинской теории — разумеется, в облагороженном виде, да и не только и не столько ее одной, — на концепции Московско-Тартуской семиотической школы, разрабатывающие идею „вторичного моделирования” в искусстве <…>”.
Владимир Кантор.Петр Великий и второе норманнское влияние. — “Вестник Европы”, 2003, № 9
“Эпоха Петра Великого как эпоха второго норманнского (варяжского) влияния”.
