Юлия УШАКОВА.
Воронеж.
1 “Свами” означает святой, буквально — “господин”, а “Прабхупада” — “тот, у чьих ног (сидят) лучшие”.
ВООБРАЖЕННЫЕ ГОРОДА
Все, что выходит из-под пера Сергея Бочарова, я читаю внимательно и с удовольствием. Это относится и к небольшому эссе “Петербургский пейзаж: камень, вода, человек”. Мой отклик не возражение или уточнение, а именно реплика, если угодно, вопрос к тем, кто знает тему лучше, чем я.
В начале своего эссе Бочаров пишет о том необычном в характере Петербурга, которое отметил в этюде 1814 года Батюшков и “для которого Достоевский ровно через полвека (в 1864-м, в „Записках из подполья”) найдет сильное и не вполне обычное тоже слово — самый „умышленный” город на свете”. Далее Бочаров комментирует необычное словоупотребление Достоевского. “В этом не совсем обычном слове слышна негативная экспрессия (по словарю Даля „умышленник” — то же, что „злоумышленник”), — поставим рядом слово „умысел” с ближайшим родственным — „замысел”. А ведь именно сам момент чудотворного замысла любили живописать создатели петербургского мифа — и Батюшков в своей прозе, и Пушкин в своей поэме <...>. На эти картины замысла и отвечал Достоевский своим неприязненным словом, в котором замысел деформировался в зловещий умысел”.
Здесь все верно, но, мне кажется, смысловое поле “не вполне обычного слова” следовало бы расширить.
В русском языке слово “идеация” присутствует только как термин феноменологии, тогда как во французском, итальянском, английском соответствующее слово употребляется более свободно — как процесс создания чего-либо исключительно в голове, как “у/вы-мысливание”. В итальянском и английском имеются и соответствующие глаголы — ideare, to ideate. В англо-русском словаре Апресяна приводится хороший пример: “The state which Plato ideated”, что следует перевести: “Государство,
