Десятки кубинцев томятся в очереди, тянущейся вдоль забора. Кто-то лишь готовится “встать на путь измены родине” и намерен подать документы на въезд в страну “потенциального противника”. А другие уже “в подаче” и надеются получить въездную визу. Для того, чтобы занять место в очереди, надо сначала отметиться в будке, где сидит местный гэбэшник. Это, по сути, — донести на самого себя: назвать “установочные данные” — имя, адрес, место работы. И когда “перебежчика” зарегистрируют в амбарной книге, он сможет присоединиться к таким же “гусанос” (червякам), как именует их официальная пропаганда.
А для этого нужно решиться идти до конца. Как только “Малекон перейден”, “отщепенец” попадает в оперативную разработку: контакты, связи, компромат. И увольнение с работы не только главы семейства, но и всех домочадцев. А впереди — неизвестность: у американцев квоты для эмигрантов с Кубы — 20 тысяч человек в год, и любой, кто “в подаче”, может оказаться “в отказе”. Даже если во Флориде его ждут родственники.
Изображая на лице наивность и неведение, иду вдоль очереди. Но у гэбэшника, что в будке, — собачий нюх. Из окошечка раздается “лай”: перейти на другую сторону улицы! А там оперативник в штатском уже изучает мой паспорт.
