5 Не лишен символичности рассказ автора (стр. 22 — 23) о том, как в студенческие годы внимание Гуссерля было направлено на философию (в частности, на лекции Ф. Брентано) его близким другом, будущим президентом Чехословакии Т. Масариком. В 30-е годы Гуссерль и Масарик будут среди последних защитников гибнущего европеизма. Смена не придет, и Гуссерль скажет горькие слова о своих учениках — Шелере и Хайдеггере — о “поколении, охваченном разрушительным психозом”.
6 Каждый может поставить на себе простой эксперимент: возьмите сводку новостей в газете или на телевидении и не спеша проанализируйте, насколько нейтральная — якобы — подача фактов уже сформирована и нагружена незаметным их толкованием и подсказками для нашей оценки фактов. Но стоит увидеть, как это сделано, — и магия исчезает. Мы свободны. Гуссерлевская техника “редукции”, собственно, и дает такую свободу на более глубоком уровне.
7 “Вещь” и “суть дела” передаются в немецком одним и тем же словом “Sache”. То есть, подсказывает Гуссерль, очищенное сознание обретает сразу и смысл, и реальность.
Шамшад Абдуллаев.Неподвижная поверхность. Предисловие Александра Скидана. М., “Новое литературное обозрение”, 2003, 144 стр.
Книга стихов лидера “ферганской поэтической школы”, лауреата премии Андрея Белого за 1993 год, живущего “на окраине (вместе с тем — средостении, перекрестке цивилизаций)” — в данном случае можно говорить о скрещении в изначально русских стихах Абдуллаева традиций Востока с современной европейской культурой. Книга выставлена в Интернете по адресу
Леонид Амстиславский. Невольные записки. М., “Парад”, 2003, 144 стр., 1000 экз.
Стихи (цикл “Письма из „Матроски””) и тюремные записки современного сидельца о быте, условиях жизни и стиле взаимоотношений в нынешних российских тюрьмах. (“Поверьте, что, с каким бы мастерством и талантом ни была описана боль от „ласточки”, как бы мастерски ни был описан ужас удушья „слоника” или полиэтиленового пакета на голове, реальная боль всегда „больнее”, а ужас всегда „ужаснее”. Почти никто из нас никогда не рассказывал на воле, через какой ад мы проходим здесь. Во-первых, мало кто поверит в реальность, в возможность всего происходящего, а во-вторых… просто стыдно!” (От автора.)
Сергей Боровиков.В русском жанре. Предисловие Андрея Немзера. М., “Вагриус”, 2003, 304 стр., 3000 экз.
