Итак, новый “миф”, творимый Лиснянской, — это полнота бытия в любви (“Гимн”), покаянии (“В пригороде Содома”) и творческом самопознании, которому посвящен последний по времени создания и логично завершающий триптих цикл “Старое зеркало” (с примечательным, учитывая обозначенную многоликость, лейтмотивом: “Больше всего я двойственности боюсь”). В отличие от обращенного к любимому “Гимна” и к миру “В пригороде Содома” — это разговор с самой собой, поэтому здесь слышнее интонации прежней Лиснянской. Хотя по барочной причудливости сложения, тонкой композиционной игре, переключению различных планов и “голосов”, ритмическому разнообразию и классической ясности слога, которой не помеха и почти сюрреалистическая образность (“Саламандра”), новый цикл не уступает двум предыдущим, я не буду его разбирать столь подробно, предоставив удовольствие делать свои открытия внимательному читателю, в частности, пронаблюдать стилистический диалог двух поэтесс Лиснянских.
