Новый Мир ( № 7 2002) полностью

Собственно, на этом история и закончилась. Тараканы так и остались жить, и ничего более интересного в жизни Зинаиды Петровны не случилось. Разве что то, что она в конце концов развелась с Куприянычем — не сошлись характерами, а на самом деле из-за запаха и еще из-за того, что Куприяныч очень сильно влюбился в одну молодую женщину, тоже из нашего товарищества. А Андрюша к тому времени вырос и тоже влюбился в одну молодую женщину, причем в ту же самую, что и Куприяныч. Но это совсем неинтересно. А интересно то, что Зинаида Петровна вскоре вышла замуж за санитарного врача. То есть это не столько интересно, сколько естественно. И она уехала с ним из нашего товарищества строить новую жизнь, а участок оставила сыну, который к тому времени женился. И все надеются, что Зинаида Петровна нашла наконец такую тихую пристань, где нет ни вшей, ни тараканов. По крайней мере эти явления жизни, может быть, ей легче принимать рука об руку с санитарным врачом.

Вольтская Татьяна Анатольевна родилась в Ленинграде. Поэт, критик, эссеист, автор нескольких лирических сборников. Многие стихотворения переведены на европейские языки. Постоянно сотрудничает с радиостанцией «Свобода» и газетой «Русская мысль» (Париж). Живет в С.-Петербурге.

Парус

Замирает поселок, потухают цветы, и, внезапно состарясь,

Опадают слова:

Не листва — но попутного ветра лишившийся парус,

Различимый едва

В светлом море травы, и над лесом — застывшим цунами,

Над ольховым кустом,

И над линией высоковольтной, текущей над нами,

Как река Флегетон.

Белый парус обвис — он уже никуда не причалит:

Ты не дуешь в него.

Он скользит по теченью вдоль розовых скал иван-чая,

Ничего, ничего

Не желая — ни бриза, ни вихря, ни даже крушенья, —

Не мигая, как взгляд,

Устремленный в себя, тихо движется собственной тенью

На закат.

* * *

                               Схолия 1

Смерть — это когда рядом

Нет тебя, и, пропитанный тонким ядом,

Воздух медлит у входа в легкие, и когда

Не живу — доказываю: возможна

Жизнь на Марсе, стуча и гремя нарочно, —

Занята, мол, так занята!

Жизнь состоит из смерти — почти что вся,

А уж явится эта — косой тряся,

Гремя костями, — пугать меня будет нечем:

То-то невидаль — с пустотой, что мне,

Уходя, оставляешь, наедине —

Бесконечный вечер.

                               Схолия 2

Тень — это всего лишь немного света,

Тобою вытесненного, но это

Все, что мне отпущено, вопреки

Полдню, льющему сверху пламя:

Ты уходишь — и вот уже за холмами.

Ты и тень — двойники.

Ослепив меня светом неуловимым,

Ты, как всегда спеша, пробегаешь мимо,

Тень растет у тебя за спиной;