Но сестра Алена сбить праведный тон не дала. Увещевала сестру Дашу медленно и умно — а вотона дома, представь себе, так и сделала,она себе с утра нащипала, она красиво позавтракала! Это ж не в труд!
— Хозяйничать нас с тобой отец учил — это как игра. Это для самой себя. Это как удовольствие... Или, скажем, полить деревьяпо пять ведер под корень. Изнывающие в жару от жажды... А кстати, как яблони?! Ты смотрела на листья? На самый кончик ветки, Даша, смотрела? Представь, что у тебя вот так же скрючены кисти рук. Ссохшиеся пальцы! Представь, что жажда...
— Что?! — И Даша вдруг значаще хмыкнула. Сестринское слово не промах!Жажда.
И дернулась загорелой рукой вперед:
— Дай позвонить.
— Кому?
— Да кому угодно...
Алена оставалась спокойной:
— Ах, Дашка!.. В Доме их отлично знают. Кого ты обманываешь. Твой Славик — парикмахер в хозчасти... Блондинчик, а носит берет. Разве блондины носят берет?
— Тебе какое дело?
— А Стасик и того попроще, да ипоржавее— водопроводчик. Но воду он как раз почему-то не пьет, а?.. Слесарек!
— С кем хочу, с тем вожусь.
Даша водилась с молодыми людьми в Доме, где меня бы и ко входу близко не подпустили. И где работал (судя по намеку,совсем-совсем недавно) их, Даши и Алены, влиятельный отец.
— Но дай!.. Дай хоть мужа вызову. Муж он или не муж? Он звонил?
— Нет.
— Тогда Стасика-Славика дерну.
— Да кто в такой день к тебе приедет!
— А кто бы ни приехал — я рада. Поговорит со мной. Кофе сварит. А там, ха-ха-ха, и пять ведер под корень яблонькам нальет! Сама сказала —жажда!
Даша сильно, вкусно произнесла это слово.
А я, чуть в сторонке, уже скорбел о потерянном сегодняшнем шансе. Уедет! Сейчас и уедет! Молодых слесарьков в Москве не счесть. (Примчавшаяся Алена словно разбудила ее!) А ведь Даша и я — мы были в Подмосковье как в ссылке. Как на острове. Чай с жасмином. Как староватый Адам и молоденькая Ева. Яблоки на каждом шагу... Даша почти сразу стала говорить мне “ты” и “дед” — дистанции ни малейшей. И скучала. И одна-одинешенька на огромной даче...
— Дай твой мобильник. Дай!.. Я же при тебе буду звонить!
Сестра Алена едва прикасалась губами к чашке. Кофе мелкими глотками. Протянула Даше трубку, а та — так и выхватила своей рукой. (Я первый раз в жизни увидел мобильный. В 93-м это было нечто.) Но потрясен я был отнюдь не техникой — лицом Даши.
