Ирина положила трубку. Сосредоточилась на работе. Она проверила четыре тетради, когда снова раздался звонок.
— Большое спасибо, — сказал Кямал. — Все в порядке.
— Ну хорошо...
— А как вас зовут? — спросил вдруг Кямал.
— А зачем вам? — не поняла Ирина.
— Ну... Я к вам привык. У вас такой красивый голос.
Ирина усмехнулась.
— А давайте увидимся, в кино сходим, — предложил Кямал.
— А как вы меня узнаете?
— А вы возьмите в руки газету.
Баритон был неопасный и очень нежный. А в самом деле, почему бы и не сходить в кино...
— А сколько вам лет? — спросила Ирина.
— Двадцать шесть. Много.
Ирина огорчилась. Ей было тридцать два. На шесть лет старше.
Но в конце концов, не замуж же выходить. А в кино можно сбегать и с разницей в шесть лет.
— Значит, так, — распорядилась Ирина. — На мне будет белый шарфик в черный горох. Если я вам не понравлюсь, пройдите мимо.
— Вы мне уже нравитесь, — простодушно сознался Кямал.
Молодой наивный мальчик. Это тебе не вдовец с копотью жизненного опыта.
Ирина оставила Снежку на Сашу. Показала, чем кормить и во сколько. А сама нарядилась, надушилась духами “Белая сирень” и отправилась к кинотеатру.
Ирина стояла полчаса и поняла, что Кямал не придет. Вернее, он был, но прошел мимо. Зачем ему нужна русская тетка с двумя детьми? Про детей он, конечно, не знал, но узнал бы. Ирина вздохнула и пошла к автобусной остановке, чтобы вернуться домой. Она уже сделала десять шагов, когда перед ней внезапно, как из-под земли, возник Омар Шериф в натуральную величину. Белые зубы, белая рубаха, русая голова. Русый азербайджанец. Такое тоже бывает. Он схватил Ирину за руку и сказал, задыхаясь:
— Меня Джамал задержал. Приехал в последнюю минуту.
— А вы бы сказали, что спешите...
— Не могу. Старший брат.
Значит, брата нельзя напрягать, а Ирину можно. Мусульманская семейная клановость имела свои достоинства и недостатки, как два конца одной палки.
Ирине стало ясно, что эта встреча ничего не даст. Кямал — законченный красавец. Зачем она ему? Даже смешно. Жаль? Ничуть. Она ничего не приобретала, но и не теряла. Еще не вечер, и жизнь впереди. Не этот, так другой. А можно — ни того, ни другого. Мужчина нужен для продолжения рода. А дети — уже есть. Программа выполнена.
— На журнал опоздали, — сказал Кямал. — Но ничего...
Он взял Ирину за руку, будто знал давно, и они побежали. И белый шарфик в черный горох развевался на ветру.
Журнал уже шел, но их пустили. Они прошли на свои места и сели рядом.
