Новый Мир ( № 9 2002) полностью

Никита смотрит на Надю своейусталостьюсквозь пальцы темной загорелой руки, и его усталость плавно перетекает в сон. Надя озирает знакомые окрестности. Вдали торчат плавучие и портальные краны грузового порта. Справа — дровяной склад, где можно кататься на круглых литых баланах, только вовремя надо увернуться, чтобы не зашибла потревоженная пирамида бревен. За ним — лесопилка, от нее пахнет несколько иначе, чем от бревен, — внутренним деревом. Дальше хлебные амбары, возле которых все оживляется ближе к осени, когда съезжаются машины с зерном. Слева — док для ремонта и зимовки судов. Здесь еще зимуют земснаряды, катера, один паром, переделанный из парохода “Четвертый” с одинаковой конструкцией носа и кормы, так что он может пришвартовываться к дебаркадеру любой своей частью, ледоколы “Капитан Зарубин”, “Капитан Крутов”, “Капитан Букаев” и “Комсомолец”, участвовавший еще в Сталинградской битве.

На “Богатыре”, построенном в 1887 году, в каюте первого класса сейчас проживает Никита. Когда “Богатырь” сломают, чтобы переделать его в сухогруз, Никита перейдет на “Волгарь”. Пароходов на его век хватит. Он охраняет суда от грабителей. Хоть с них и вывезена мебель, посуда, книги, одеяла, всегда есть что стащить — например, гребной винт, стойки, колосники, канаты, муфты, трубы, угольники. Отсюда, с вышки, все суда как на ладони, и, пока Никита дремлет, Надя несет за него вахту.

Воскресенье — томительный день. Никого вокруг — ни на складе, ни у амбаров. Знакомые ремонтники, водители, техники отдыхают. Надя дует Никите на глаз“устали”.

Никита перестает сопеть. “Чего тебе?” — “Акватория на горизонте покрылась судами”, — отвечает Надя. “Ну и пусть себе”. Надя дует изо всех сил. “Ох, надоела ты мне!” — “Никита — ну!” — требовательно говорит Надя. Никита садится. “Ладно, чего там?” — “Нет, не ладно! Спрашивай как надо!” Никита сокрушенно вздыхает. “А скажи-ка мне, моторист-рулевой Надежда, что это там в тридцати градусах по курсу?” — “Колесный двухпалубник, — рапортует Надя, — путь следования от Рыбинска до Калинина. Вышел из шлюза. От буя номер три пойдет курсом на триста двенадцать градусов”. — “А это кто только что отшлюзовался?” — “Товарный заднеколесник”. — “А там?” — “Винтовой пароход. Идет пока на маяк „Зональный””. — “Как называется?” — “„Михаил Фрунзе”, бывший „Князь Михаил Тверской””. — “Откуда знаешь, ты ж читать не умеешь?” — “Идет по расписанию”, — отрывисто говорит Надя.