Круглую белоснежную башню перед Кириллом окружало несколько золотых колец. Установленные под разными углами, с самим зданием они соединялись тончайшими спицами. Сквозь крышу башни в небо бил видимый даже обычным взглядом темно-фиолетовый поток. Тяжелые облака озарялись изнутри мрачными отсветами и закручивались по часовой стрелке.
С близкого расстояния сила аномалии еще больше отдавала искусственностью. Ее чудовищная мощь сплошным потоком вливалась в облака, а затем нисходила с них в виде молний, которые и втягивал через свои шипы скатоподобный ресу. Судя по всему, благодаря этой башне он и вырос таким огромным. Естественно, что это только подогревало интерес Кирилла к таинственному строению.
От немедленно броска к башне его удержал один лишь инстинкт самосохранения. Стоило только ресу под его ногами обратить внимание на жалкую букашку, и человека тут же растерло бы в пыль. Так что на первый взгляд риск явно того не стоил. Но имелась у этого вопроса и другая сторона. Сила, которой так и дышал монстр под ногами человека, несла в себе ощущение апатии и равнодушия. Словно разум этого древнего чудовища давно угас. С учетом такой поправки ситуация уже не выглядела столь авантюрной.
‘Но риск все еще велик’ - продолжил размышлять подросток. Даже с такого расстояния он ощущал чудовищную мощь молниевидной дымки. Пожалуй, по своей разрушительности она превосходила даже угольно-черную.
Все же искушение оказалось слишком велико. Кирилл медленно вышел из костяного леса и осторожно, прислушиваясь к потокам чужой силы, зашагал к белоснежной башне. Сам себе он поклялся, что любое волнение или даже намек на более пристальное внимание заставит его немедленно отступить прочь.
Камень башни на ощупь оказался гладким и горячим. Лишь кончики пальцев периодически покалывало ударами тока. В монолитной стене не оказалось даже намека на дверь или шов. Попытка же проникнуть сквозь нее восприятием провалилась, оставив ощущение брошенного в бездну факела: на мгновение показалось, что вот-вот и удастся что-то разглядеть, но затем свет исчез в чернильном мраке.
‘Бывает же’ - с досадой подумал Кирилл. Он рискнул жизнью, чтобы узнать тайну этого места, но не сумел найти даже входа. Не удивительно, что его переполняло разочарование. И любопытство.
Взорвать стену? Пробить проход силой? Не факт, что получиться, учитывая аномальную сопротивляемость белоснежного камня восприятию, а вот нежелательное внимание привлечь может с гораздо большей вероятностью. Попробовать использовать познание? Уж лучше взорвать: шансов уцелеть всяко больше выйдет.
Что остается в сухом остатке? Разве что продолжить изучать монолитную стену, рассчитывая на удачу и смекалку: как-то же в эту таинственную башню раньше попадали. Существовала, конечно, некоторая вероятность, что прежние владельцы перед своим исчезновением вход замуровали, но ее подросток оценивал, как незначительную.
- Интересно, - пробормотал Кирилл.
В ходе своих поисков он обратил внимание, что удары током происходят не периодически, как ему показалось изначально, а в определенный точках, пусть каждая из них и пульсирует с определенной частотой. Кирилл не поленился и потратил некоторое время, чтобы с помощью ТиЭй составить карту этих точек. Вышла довольно частая вязь из нескольких сотен звездочек, которые обхватывали камень башни широким кольцом.
‘А вот, похоже, и замок. Осталось только ключ найти. Или отмычку’ - задумчиво созерцая полученную схему, подумал Кирилл.
Он весьма смутно себе представлял, как подступиться к решению данной задачки. При условии, конечно, что это и в самом деле именно часть входной группы, а не система безопасности, например, которая готова любого нарушителя поджарить в хрустящий стейк.
И все же уходить ни с чем Кирилл отказывался. Принять на себя повторный риск вышло гораздо проще, чем первый. Это как в азартной игре: выиграв раз, ты хочешь продолжать еще и еще.
Выбрав точку, которая пульсировала медленнее остальных, подросток направил к ней поток дымки. Под давлением его силы небольшой участок снежно-белой стены вдруг пошел рябью и начал стремительно светлеть, превращаясь в подобие стекла, а в его глубине вспыхнула ярко-синяя искра.
От нее по нескольким направлениям начали расти сияющие линии, каждая из которых стремилась к собственной искре. Камень над ними так же шел рябью и приобретал вид стекла. Несмотря на разное расстояние, линии достигли своих искр одновременно. Вспыхнуло еще семь ярко-синих звездочек. Каждая из них в свою очередь выпустила по несколько линий.
На этом их рост почти сразу прекратился. Кирилл инстинктивно попытался усилить поток дымки. Это помогло. Но чем больше искр разжигалось, тем больших усилий от него требовала каждая последующая.
