Теперь Аскель ощутил, как его тушка стала дороже всех благ этого мира. Нет, о таком вообще никому не стоит рассказывать даже Марине, как бы он ей не доверял, от подобной информации может пострадать сама девушка. Попробовал войти в сеть дронов. Получилось без проблем, перед глазами вспыхнуло окно загрузки, а после сразу появился мир во всей самой мрачной вариации. Прождал целый час, попутно изучая местность города, запоминая улочки, навестил даже свою охранную организацию, убедился, что там вроде как всё нормально, но даже тогда заряд наруча не упал даже на процент!
— Так, ладно, это нужно обдумать на трезвую и чистую голову. — Отключив наруч, Аскель отправился спать, на всякий случай полностью разобрав своего самодельного дрона, вдруг решит улететь даже без паразита, кто его знает…
Закончив со всеми своими делами, а так же спрятав всё самое ценное в нерушимый сейф, Аскель, полностью вымотанный, отправился спать, уже проваливаясь в сон, мелькнула странная мысль: «Интересно, а что было бы, если в сердце чёрного паразита поместить белую ману? Или в этот странный шприц из непонятного металла и стекла». Сон наступил мгновенно.
Где-то в Серых землях, некто обитающий в месте, куда давно не вступала нога живого человека, «Некто», чьё имя и порядковый номер забыл он сам от постоянного бодрствования. Впрочем, ему было всё равно, сколько прошло дней, годов или эпох, перед ним стояла всего одна задача, и он выполнял её с момента своего создания.
Его заинтересовала одна странность, что-то было не так. Все параметры были в норме, все ретрансляторы, а так же боевые единицы так же были на месте. Фабрики, давно не знающие отдыха, продолжали работать в прежнем режиме с момента своего создания. Он редко так пристально изучал всю присланную информацию, обычно всем этим занимались подпрограммы, затем проводилась вынужденная чистка старых файлов, обычно такие файлы были сроком от сорока лет, такая информация не могла быть использована и считалась устаревшей. Но в целом… ситуация не изменилась. Последний оплот был не тронут все ретрансляторы, заложенные ещё в самом начале, работали в прежнем режиме, фабрики пострадали, но не критично, тут были виноваты природные катастрофы, а не потуги мутантов.
Тщательно проверив и перепроверив все аномалии, которые были замечены, «Он» пришёл к решению, что угроза не так существенна. Какой-то сбой, лёгкий и незначительный, ошибка в программном коде, которая быстро исправилась сама.
Просмотрев все данные касательно старых объектов, быстро очистил список, сократив его с пары тысяч до нескольких десятков. Многие умерли от старости, другие перестали быть полезными, третьи были ликвидированы, так как программы посчитали их опасными. Всё длилось своим чередом, и по самым скромным прогнозам последняя стена и линия обороны мутантов должна пасть сама через пять лет. Не такой уж большой срок, чтобы выделять ресурсы для атаки, которые можно пустить в другое русло, и раз «он» вышел из гибернации… займётся этим прямо сейчас!
Часть ресурсов отправил на восстановление фабрик, другую часть на переделку старых механизмов в более сильные масштабы, ранее разработанные боевые чертежи животных, созданные для большей мобильности в условиях разрушенного мира, были как нельзя лучше. Но было ещё кое-что… воздух, нужно было замаскировать старых дронов, которые давно себя исчерпали. Пришло неожиданное, но заранее просчитанное как вариант сообщение. Старый Культ паука до сих пор функционировал и даже разросся. «Он» и раньше это заметил, и так же спрогнозировал, как вариант для помощи в преодолении защитного барьера.
В сообщении было сказано о смерти сына Магистра, который теперь служит ему и только ему. Магистр в ярости и просит благословения на дальнейшие действия.
Изучив всю информацию, которая имелась по данному культу, а так же истории деградированного мира…
Мужчина, стоявший перед вечно молчаливым чёрным алтарём, упал на колени, едва не пробивая собственный лоб:
— Прошу, Великий, дай мне силы, дай мне силы найти того, кто убил моего сына. Я знаю, что это был не несчастный случай!
На чёрном как смола монолите загорелся экран, а на нём десятки именований каких-то предметов и деталей.
