– Ого! – сказал Кейнан, чуть не свалившись, когда кораблик превратился в огненный шар. Один долой. Однако, повернувшись вперед, он увидел второй истребитель. А между автобусом и СИДом дымились обломки разведтранспортов. Результаты его грязной работы были сейчас предъявлены ему в виде барьера – и пилот понимал, что, если Гера снова развернет машину, он отправится в полет. Хуже того: на эстакаде были видны штурмовики, которые выбрались из горящих транспортов. Замелькали вспышки бластеров – и автобус мчался прямо на них!
– Втащи меня обратно!
Скелли был не в той форме, чтобы куда-то тащить Кейнана. Но он отпустил край проема и соскочил в салон, а Кейнан покатился в сторону аварийной двери. Сгруппировавшись, пилот попытался повернуться и опустить ноги в люк.
Снизу послышался крик:
– Гера говорит: держись!
Кейнан, который уже влез в люк, но обеими руками цеплялся за крышу, недоуменно заморгал:
– Гера, что ты за…
Но не успел он закончить вопрос, как автобус врезался в штурмовиков и выехал на тротуар. Несколько солдат полетели с эстакады. Не сомневаясь, что «Бонвояж» сейчас ворвется в дымящиеся обломки, Кейнан заслонил лицо руками… и почувствовал мощнейший толчок, когда автобус налетел на преграду. Налетел и перелетел – репульсорные двигатели оттолкнулись от обломков, как от импровизированного трамплина. «Бонвояж» взмыл в воздух – и ожил по-настоящему: старинные двигатели будто вспомнили то, что когда-то умели.
Гера заставила автобус взлететь! Кейнан потерял дар речи – а пилот СИДа настолько опешил, что, пытаясь уйти от столкновения, врезался в дымоход.
«Бонвояж» продолжал полет, сойдя с эстакады и паря над крышами. Кейнан глазам своим не верил. Соскользнув в люк, он кое-как спрыгнул на пол и бросился к Гере:
– Эта штуковина не летала уже знаешь сколько лет?
– Надо просто уметь попросить, – улыбнулась тви’лека.
– Я-то считал себя хорошим пилотом. Но ты… ты просто чудо.
– Спасибо. Но куда нам теперь податься?
Кейнан заморгал:
– А, да. – Он махнул рукой. – Обратно на юг. В Ямы, это возле кантины.
Гера повернулась к нему с озабоченным видом:
– Мы не можем просто так куда-то поехать. У них спутники. Они увидят эту штуку. Надо от нее избавиться.
– С этим, – заверил ее Кейнан, – проблем не будет.
Слова способны менять реальность. Так Кейнана учили джедаи, и это определенно было справедливо в отношении короткого документа, выпущенного консалтинговой компанией «Минеракс». Данный документ изменил лицо Торса за четыре года до падения Республики.
Прежде добыча торилида в системе производилась исключительно на поверхности Торса, на широких болотистых равнинах к югу от мегаполиса. Затем появился отчет «Минеракса», из которого следовало, что на обеих сторонах планеты не осталось вообще никаких залежей торилида. К тому времени, когда горнодобывающие предприятия начали в этом убеждаться, самые сообразительные бизнесмены уже вложились в добычу на Синде. За какой-то год карьеры, доходившие до самого города, из освещенных прожекторами рабочих участков превратились в темные свалки. Последняя шахта на Торсе закрылась в тот самый день, когда закончились Войны клонов.
Подобных полигонов – Окадайя называл их «закупоренными порами Торса» – существовало так много, что лучшего места, чтобы спрятать автобус, Кейнан себе и представить не мог. На этой бесконечной свалке ржавело множество брошенных машин, больших и малых, в том числе и несколько «Бонвояжей»; собственно, здесь-то Окадайя и разжился своей колымагой. Кейнан понял, что только сюда они и могли направиться после долгого и трудного дня. Только так можно было надеяться выполнить одно из указаний Оби-Вана.
– «Избегайте обнаружения», – пробормотал пилот.
Гера высунулась из-под левой половины приборной панели и посмотрела на него:
– Что?
Кейнан прислонился к креслу водителя:
– Ничего. – Он пожал плечами. – Просто подумал… вот тебе и «не высовывайся».
– В общем, угробила я твой автобус. – Гера выключила фонарик. – Забудь о полетах… вряд ли он теперь даже заведется.
Она закрыла приборную доску. Автобус покрывало такое количество вмятин и подпалин, что Кейнан поражался, как он до сих пор не загорелся.
Девушка прошла мимо кресла водителя, слегка поникнув. Вид у нее был усталый.
– Такого денька у меня еще не бывало.
– Это ты просто не привыкла к Горсу, – сказал Кейнан, двинувшись за ней по проходу. – Тут каждый день как прогулка в зоопарк.
Гера остановилась перед Скелли, который сидел двумя рядами дальше и обрабатывал свои раны. Она холодно бросила:
– Вот скажи мне: о чем ты только думал?
Скелли поднял на нее глаза, затуманенные обезболивающим:
– Я тщательно распланировал маршрут побега. Но ваш автобус оказался на пути.
– На пути к чему? – спросил Кейнан. – К ближайшей стене?
– Дело не в этом, – сказала Гера. – Ты зачем-то поехал по главному проспекту, а потом бросал бомбы куда попало. Ты едва ли не опаснее, чем Империя.
Коротышка обиженно посмотрел на нее:
– Я пытаюсь спасти всех здешних жителей. Я старался минимизировать жертвы среди мирного населения.
