Тяжело оказаться избранным из древнего пророчества, когда внезапно сваливаются ожидания и обязательства, о которых ты никогда не просил. Еще тяжелее, когда этих пророчеств несколько и они расходятся во взгляде на твоё предназначение. Юному магу не посчастливилось оказаться как раз в такой ситуации, становясь центром хитросплетения множества судеб, ложащихся на плечи непомерной ответственностью, способной в любой момент его сломить. В поисках себя придется преодолеть множество опасностей и постараться не прогадать с выбором пути.
– Прецептор!
В крепости было шумно: немногочисленные воины в спешке собирались, а послушники, заменяющие слуг и оруженосцев, сновали из стороны в сторону, помогая своим господам облачаться. В царившей суматохе храмовники пренебрегали священными обрядами облачения, чтениями молитв, благословений, которые церемониально проводились перед походами, но данный случай был исключением – прецептор взяла на себя смелость отказаться от этих обычаев, чтобы выиграть время.
Юный храмовник, уже подготовившись к заданию, одетый в белую бригантину и черные латные перчатки и сапоги, поспешил к своему командиру. Даже незнакомый с ними человек мог бы разглядеть схожие черты, определяющие их родство, но общая кровь не стала помехой для старшей сестры продвинуться в звании существенно выше ее собственного брата. Элинэй Фербист была образцом для остальных воинов храма: отличный боец, верная слуга светоносного Альиса, женщина, беспрекословно исполняющая любой приказ. Пройдя через множество жизненных испытаний с неизменным достоинством, она с гордостью получила титул самого молодого прецептора Серого храма империи, тем более, будучи женщиной. Вот и сейчас, один лишь только вид командира воодушевлял воинов, готовых идти за ней хоть в саму бездну Пандемония.
– Что случилось, брат? – голос девушки звучал возбужденным, а глаза блестели ярким светом.
– Ты уверена, что стоит поднимать столько людей, ради одного старого безумца?
– Он может быть опасен, – резко став серьезной, отрезала Элинэй. – К тому же, если мы упустим еще и третьего мага, магистр с меня живой шкуру снимет. На наши плечи возложена большая ответственность!
– Ты хотела сказать, на твои плечи, сестренка.
Фраза брата как будто стала поперек горла, лишив девушку дара речи. Казалось бы, она прозвучала безобидно, но тон, которым она была сказана, насторожил Элинэй. Набросив на лицо маску безразличия, она произнесла, столь же холодным голосом:
– Знаешь что, а не остаться ли тебе в прецептории за главного, храмовник Келис Фербист? – не дождавшись ни согласия, ни возражений, она тут же подытожила: – Вот и отлично, а теперь посторонись, нам нужно отправляться.
Ко всем храмовникам подошли послушники, дабы прочесть молитву и положить под белоснежный доспех лепесток белой лилии – символ их бога Альиса, несущего свет. Даже если кто-то и задавался вопросом об отстранении Келиса, высказывать вслух его никто не стал, после чего отряд командора Элинэй отправился в путь.
***
Вот уже почти месяц полыхала вражда между церковью и гильдией магов, а вернее всего лишь тремя магами из ордена Горгоны, чьи «великие открытия» и развязали эту войну. Виктор, Эзрикорд и Вельзабар – три величайших ума ордена, направившие свой потенциал на изучения настолько удивительной, равно как отвратительной науке – демонологии. Согласно законам утвержденным императором Маленхаром Великим, орден Горгоны вправе изучать эти еретические, по своей сути, науки под строгим надзором гильдии Мистикума, и хотя церковь Альиса всегда порывалась вмешаться в дела магов Горгоны, соглашение прочно сковывало их руки, но не в этот раз. Маги, изучающие природу демонов и их рождение, заявили о том, что людские души – не более чем сгустки энергии в эфирном мире, которые являются основой силы всех магов, а также теми самыми демонами, от которых церковь и пытается защитить людей. Подобное представление о человеческой душе было катастрофическим для умов людей и заветов церкви, потому в мгновение ока их открытие разожгло настоящую религиозную войну, а самих магов признали безумцами и еретиками. В тот же час, что несчастный Эзрикорд донес свое открытие до церкви, он был предан самосуду и жестоко убит. Испугавшись подобной расправы, Вельзабар трусливо сбежал, не поверив в защиту Мистикума, которую обещали маги, и любые его поиски были тщетными. Лишь Виктор, продолжал гордо отстаивать свое мнение, не боясь ни гонений, ни смерти. Многочисленные законы Альисианской Империи и рьяная защита Мистикума не давали церкви подступиться к нему и тогда, в бессилии своего положения, патриарх обратился к тем, кто мог перешагнуть через любые законы. Теням вечного света веры, инквизиторам Серого храма, чьими обязанностями являлась защита людских душ от любой скверны, способной пошатнуть веру. Ради безопасности империи, они могли прибегать к любым мерам, а потому, зачастую, даже сам патриарх для них не являлся указом, из-за чего их вмешательства всегда старались избежать, но не в этом случае. Решить судьбу Виктора было доверено самой юной, но далеко не самой слабой храмовнице – Элинэй.
***
