– И все? – спросил я после небольшой паузы. – Только ради этого? Ради туманных перспектив найти там что-то ценное? Или вы точно знаете, что там хранится? Вы ведь не любопытства ради все это затеяли?
– Точно не знаем, – ответил Рафу. А я офигел, так как в его словах не было лжи. – Но там просто обязаны быть сокровища.
– Да вы рехнулись…
– Мы просто не говорим всего, – ответила Этсу. – По договору мы не обязаны говорить всего. Просто прими как данность – там достаточно сокровищ, чтобы впечатлить даже императора.
– Мы не ради денег и артефактов всё затеяли, – вставил Рафу. – Разговор идет уже о собственном клане. А учитывая, что отдавать все нет необходимости – клане весьма неслабом.
Офигеть тут пляски пошли… А ведь… А ведь я бы тоже рискнул. Это ведь та цель, к которой я стремлюсь. Цель, после достижения которой я только и могу рассчитывать на осуществление мечты. Но мечты мечтами, а пока именно клан является для меня приоритетной в жизни целью. И достаточно далекой, в перспективе. Герб – это так, лишь ступенька к клану.
Только вот… кто даст гарантию, что предположения родителей о тех руинах верны?
– Мне надо подумать, – произнес я. – Нужно ли с вами сотрудничать, можно ли, и если да, то как. Пока что вы, если честно, доверия у меня не вызываете.
– Да и ты у нас, – фыркнула Этсу, погладив Рейку по голове.
– Ты не права, – покачал головой Рафу. – Синдзи не давал нам причин сомневаться в нем.
– Так и мы тоже не давали! – ответила сердито Этсу.
– Замнем эту тему, милая. Мы пойдем, а ты, Синдзи, подумай. Если мы получим клан, именно ты будешь его наследником. Что бы между нами ни произошло, ты всегда будешь моим сыном.
– Хоп, – поднялась Этсу со стула, поставив Рейку на ноги. – Ну что, Рейка-тян, идем домой? – спросила она с улыбкой.
– Не хочу, – насупилась та. – Хочу остаться здесь.
– Братику нужно работать, а мы будем только мешать. Пойдем, дорогая, – потянула она за руку.
– Нет! – вырвала руку сестрёнка. – Не хочу!
– Рейка-тян, – вступил в разговор Рафу. – Ты выставляешь нас в плохом свете. Хватит капризничать.
– Нет! Нет! Нет! – продолжала та себя накручивать.
А как еще это назвать, если всего полминуты назад она была довольно спокойна. Признаю, может быть, расстроена, но не до такой же степени.
– Рейка! – произнесла строго Этсу. – Хватит устраивать тут…
– Нет! – подняла руки девочка, и, резко опустив их, полыхнула синим пламенем.
Я говорил недавно, что офигел? Ничего подобного. Это были лишь цветочки. Гораздо удивительнее было видеть маленькую пятилетнюю девочку, объятую синим пламенем. Будь это мой прежний мир, увидев такое, я бы ломанулся сбивать с ребенка огонь, но после стольких лет пребывания здесь мои рефлексы немного видоизменились, и в первое мгновение я хотел – наоборот, отскочить. Ну или что другое сделать, защищая свою шкуру. Не сделал. Видимо, прежние рефлексы вступили в конфликт с нынешними. Теперь же я имел удовольствие наблюдать, как моя мелкая сестра хнычет и утирает слезы, объятая огненным покровом. Напомню – в пять лет. Медленно перевел взгляд на напряженных родителей, которые смотрели, к слову, не на дочь, а на меня.
– Синдзи, – произнесла Этсу. – Ты ведь не выдашь свою собственную сестру?
Выйдя из-за стола, я подошел к Рейке и присел рядом на корточки. Жар от огня не ощущался, так что я плавно, чтобы она не видела моего напряженного состояния, приблизил руку к ее голове.
– Рейка-тян, – погладил я ее. Огонь не обжигал. Все, что чувствовала моя рука, это теплые потоки воздуха. – Мама с папой любят тебя, и ты им сейчас делаешь очень больно.
– Не хочу уходить, – шмыгнула она носом. – Не хочу быть всегда одна. Или с незнакомой тёткой, – шмыгнула она носом вновь.
После этих слов я обнял девочку и глянул через ее плечо на родителей. Надеюсь, мне удалось показать выражением лица, какие же они… плохие родители.
– Они исправятся, вот увидишь. Просто дай им шанс. Кто еще, кроме мамы, сможет научить тебя быть красивой юной леди?
– Лена-сан, – буркнула она мне в плечо.
А пламя вокруг нее наконец начало опадать.
– У Лены еще больше дел, чем у мамы, – отодвинулся я от нее, глядя в лицо. – Она не сможет тебе в этом помочь.
– Сможет, – продолжала бурчать Рейка, уперев взгляд в пол.
– Но мама сделает это лучше. К тому же я не запрещаю тебе навещать нас. Ну же, извинись перед мамой. Поверь, ей очень грустно слышать твои слова.
После чего встал с корточек и отошел на шаг. А она, повернувшись к Этсу и не смея поднять взгляд, тихо произнесла:
– Извини, мам…
– Рейка, – метнулась к ней Этсу. – И ты меня прости. Пожалуйста. Прости глупую маму, – присела она рядом с ней и обняла. – Я так люблю тебя. Очень, очень люблю. Прости меня, милая.
– Подождите нас с Рейкой за дверью, – обратился я к Этсу. – Заодно успокоишь ее.
– Но…
– За дверью, – перебил я, не дав ей ничего сказать.
– Пойдем, милая, пусть братик с папой поговорят, – не стала она ерепениться.
Хотя, когда они выходили из кабинета, все-таки бросила в мою сторону острый взгляд.
