Недалеко от поместья Симоновых собралось довольно много людей. Больше трёх сотен точно. Беркутов бросил клич, и на него отозвалось на удивление много народу. Те – кто ушёл в какой-либо Род, те – кто остался в свободном плавании. Мужчины, женщины… Посыл был прост – нужна поддержка. Не для боя. Свидетели. И они пришли. Мы стояли недостаточно близко, чтобы система защиты особняка сумела нас достать, но, тем не менее, у них на виду. Единственное, что могло поразить нас на таком расстоянии, это турели, но два «мастера» вполне могли прикрыть людей, пока они отступают, и если Симонов-старший совершил бы такое, он фактически приговорил бы весь свой Род. То, что от него осталось. Ладно старик, но ведь у него еще были внуки – дети предателя. Им и так теперь придётся несладко.
Так мы и стояли, дожидаясь, пока к нам выйдет хозяин поместья. Его посланник уже побывал у нас, и свои требования мы ему передали. С заверениями, что атаковать не намерены. Вот и стоим теперь, ждём.
– Идёт, – произнёс стоявший рядом со мной Щукин. – Наконец-то.
Шёл старик не один, а в сопровождении какого-то мужика, облачённого в неизвестный мне МПД. Средний, судя по всему.
– Щукин, – подошёл к нам Симонов-старший. – Скажи, что мой сын жив. Я готов заплатить любую цену. Всё, что скажешь. Он не виноват. Это всё я. Пожалуйста.
– Он во всём признался, Олег Аркадьевич, – произнёс Щукин. – Даже не пытался запираться.
– Он… Он просто пытался выгородить меня. Пощадите его. Возьмите мою жизнь!
– Мне жаль… Хотя нет. Абсолютно не жаль. Он получил по заслугам.
– Нет… Ты врёшь… Ты ведь врёшь? Просто пугаешь меня…
Старик явно был на грани. Седой, хилый, трясущийся. Он хватался за соломинку, даже услышав прямые и чёткие слова. Основная толпа людей стояла чуть позади нас, а перед стариком выстроились я, Щукин, Беркутов, Святов и Мартынов. Чуть позади, но не вместе с основной массой людей, стояли несколько наших бойцов в МПД и друг Святова – Аршинов. Тот самый, с забавным позывным «Извращенец», который он получил благодаря ошибке в знании японского.
– Сергей, – произнёс Щукин не оборачиваясь.
После чего Аршинов вышел вперёд, снимая с плеча рюкзак и бросая его под ноги Симонову. А тот, побледнев еще больше, медленно опустился на колени и так же медленно вынул оттуда голову своего сына.
– Как же так, Сёма… – бормотал он, прижимая голову к груди. – Как же ты так… Зачем…
– Мы знаем, что род Симоновых не причастен к предательству и Семён действовал в одиночку, – обратился Щукин к мужчине в МПД, так как старик сейчас явно не собирался обращать внимание на окружающую его действительность. – У Слуг клана Дориных нет к вам претензий. Эта война закончилась.
После чего развернулся и направился прочь. Вслед за ним развернулись и остальные, а я, немного задержавшись, перевёл взгляд с бормочущего что-то старика на типа в МПД.
– У него еще остались внуки, позаботьтесь, чтобы они были не похожи на своего отца.
– Будьте вы прокляты! – прогудели внешние динамики МПД.
Шаги за моей спиной остановились, и я услышал, как мужчины развернулись. Что ж, я всё равно собирался это сказать, а так даже в тему получится.
– Эта война закончилась, – произнёс я. – Отныне за прошлое и будущее этих людей отвечаю я. И если вы когда-нибудь решите предъявить им претензии, – сделал я небольшую паузу, – то ищите Сакурая Синдзи. В Токио. С удовольствием с вами пообщаюсь.
Когда Щукин вернулся в номер, мы с Беркутовым чинно выпивали. Он вино, я сок. Святов в это время дрых без задних ног в соседней комнате.
– Мартынов утверждает, что вокруг тишь да благодать, – уселся Щукин в свободное кресло. – Симоновы не заявили на нас в полицию, а без этого…
– А ведь и правда, – прервал его удивлённо Беркутов. – Свидетелей-то нет.
– Да, чисто сработали, – подтвердил Щукин. – По факту, нас даже и обвинить-то не в чем.
– И что б вы без меня делали? – усмехнулся я.
– Пошли бы штурмовать квартал аристократов, – вздохнул Щукин. – Подсобрали людей побольше, и пошли.
– Да уж, – качнул головой Беркутов. – И откуда ты только брал информацию?
– Мы на этот счёт уже говорили, – пожал я плечами.
– Ну да, ну да, – произнёс Щукин. – У каждого свои секреты. Но Святов явно удивлённым не выглядел.
– Антон Геннадьевич, – посмотрел я на него. – Я со Святовым знаком в разы дольше, чем с вами. Когда он пошёл под мою руку, у меня не было практически ничего. Во всяком случае, гораздо меньше, чем сейчас. Он со мной не ради того, что хотел помочь кому-то там устроиться, – глянул я на Беркутова. – Не потому, что кое-кто за меня перед этим поручился, – перевел я взгляд на Щукина. – Он просто доверился. И в своё время он был готов умереть за меня. За что потом, правда, получил по шапке. Я готов доверить вам свою спину, но секреты – только… – Фантик, Вась-Васи, Казуки… – пятерым.
Даже Акеми, которая много про меня знает, я не доверяю, как этим людям. А больше никто в голову и не приходит.
