Хочу заметить, что Кояма Кагами никогда не бросает угроз на ветер и всегда их исполняет. «Перетроллить» мать – это, конечно, прикольно, но надо же и инстинкт самосохранения иметь. Впрочем, испуга или какой-то нервозности Мизуки не показала, сразу после слов Кагами ломанувшись ко мне. Правда, тут произошла заминка – бросаться на шею сидящему за столом парню оказалось неудобно, так что она затормозила, примерилась с одной стороны, примерилась с другой, после чего просто подошла сзади и заключила меня в объятья, прижав мой затылок к груди.
– Здравствуй, Синдзи, – сказала Шина, заходя на кухню. – Рада тебя видеть.
– И тебе привет, – произнёс я через силу. – Мизуки, ты мне сейчас все кости переломаешь.
– Мизуки… – покачала головой Шина. – Право слово…
– Шина превращается в маму, – прошептала мне на ухо Мизуки.
Хорошо хоть в объятьях душить перестала.
– Войну на два фронта ты не вытянешь, – прошептал я в ответ. – Придётся меняться.
– Я всё равно победю, – был её ответ.
– Сильно сомневаюсь, Мизуки, – произнесла Кагами, не оборачиваясь. – Садись уже за стол.
И как только услышала? У неё же сковорода под ухом шкворчит.
– Синдзи! – воскликнул Акено, появившись на кухне.
– Акено-сан, – поздоровался я, поднявшись на ноги и немного поклонившись. – Рад вас видеть. Кояма-сан, – отвесил я ещё один поклон появившемуся вслед за ним Кенте.
– Здравствуй, Синдзи. Рад, что ты нас не забываешь, – улыбнулся старик.
– Как же я рад тебя видеть, парень, – произнёс Акено, усаживаясь напротив меня. – Рассказывай, как там у тебя дела идут?
Кента, к слову, сел во главе стола.
– Сначала завтрак, потом дела, – предупредила Кагами, повернувшись к нам.
– Да я ж не про дела, – отмахнулся Акено. – Я в целом.
– И правда, Кагами-тян, – произнёс старик. – Пусть мальчик расскажет, как провёл эти три месяца.
– Как скажете, Кента-сан, – вздохнула Кагами и принялась расставлять на столе посуду.
Это типа Кента только что попросил у Кагами разрешения? Забавно.
– Если коротко, то мы выигрываем, – начал я.
– Да я не про то спрашивал, – прервал меня Акено. – Ты же в другой стране живёшь. О себе расскажи. О людях, с которыми общаешься. Какая там погода. Может, что забавное происходило.
Хм, я и забыл. Ну или Кента своим присутствием смуту в мысли внёс. Но для Акено и Кагами я прежде всего Синдзи, и лишь потом всё остальное.
– Погода там адская, – произнёс я. – Просто адская. По-другому и не скажешь. Вечная духота, которая из тебя душу вытягивает. Я серьёзно, порой именно так и кажется. Со временем привыкаешь, но… – покачал я головой. – С удовольствием свалю оттуда, когда всё закончится.
– Сурово, – протянул Акено. – Мне порой то же самое на Окинаве казалось, но там у вас, похоже, совсем грустно.
– А ещё какие-то дикие насекомые и влажность, – покивал я. – Зато там люди интересные. Вот вроде смотришь на такого – голодранец обыкновенный. Кажется, что за пару йен кого угодно предаст. На деле же… – задумался я. – Эта толпа голодранцев – большая, да, но всё же – практически выдавила из округа два малайских клана. Это я не про их способность воевать, а про готовность своей жизнью жертвовать. Ибо потери они несли колоссальные.
– Лучше расскажи, чем питался, – решила перевести разговор Кагами.
– Да как-то… – растерялся я. – Что давали, тем и питался.
– Ох, Великие супруги, – покачала она головой.
– Да ладно вам, Кагами-сан… – улыбнулся я и тут же попытался сменить тему. – О, я же из Малайзии чай привёз. Его местные кланы выращивали… пока мы не пришли.
– И где он? – заинтересовалась Кагами.
– Эм… – и правда, мог ведь и принести в подарок. – Да как-то руки до него не дошли. Я же сразу мешок привёз. Кинул… куда-то… Его ещё расфасовать надо.
– Синдзи, – потёрла лоб Кагами. – Ты… Ты когда-нибудь доведёшь меня. Чай – это тебе не… Боги, кому я это говорю?
– Точно-точно, – покивала важно Мизуки. – Не зря тебя мама чайным извращенцем называет.
– Осквернителем, – поправила её Шина.
– Ой, да невелика разница, – отмахнулась Мизуки.
Засранка, всё ведь прекрасно помнит. Ну же, взрослые, вот именно сейчас оценка её поведения будет крайне в тему.
– Ну, – начал Акено, – в каком-то смысле Мизуки тоже права. – Предательство… Удар прямо в спину. – Эй, не смотри на меня так. Это Мизуки сказала.
– Да! Мизуки сказала! – опять вылезла рыжая.
– А ну, цыц! Раскудахтались, – осадила всех Кагами, поставив на стол последнее блюдо, и села рядом с мужем.
– Что ж, – сложил вместе ладони Кента. – Итадакимас!
– Итадакимас! – повторили за ним все остальные.
И я, само собой.
– Ну а в целом как у вас там? – спросил через некоторое время Акено.
– Ведём по очкам, – усмехнулся я. – Округ очистили и взяли под контроль, отбили пару штурмов сил короля, десант нам в тыл… Как бы это помягче? Втоптали в грязь. Как физически, так и метафорически. Блин, да мы уже пару десятков малайских «мастеров» на тот свет отправили. Парочку даже в плен взяли.
– Это впечатляет, – произнёс Кента. – Но двадцать «мастеров» для государства не проблема, даже такого, как Малайзия, так что постарайтесь не зазнаваться.
