– Да верю я, верю… – поднял я руки, показывая сдачу. – Просто как-то… А с тобой богиня не говорила?
– Нет, – вздохнула Атарашики. – Я сотни раз молилась ей, прося защитить… хоть кого-нибудь, но ни разу… – отвернулась она. – Видимо, была недостойна.
– М-да… – не знал я что сказать. – Для меня будут последствия?
– Последствия… – собралась она. – Такие вещи принято не замечать. Вроде как обыденность. Но… – задумалась она. – Свидетелей нет. Лишь статуя и слухи. Не знаю. Даже если все будут уверены, что богиня общалась с тобой, вряд ли что-то изменится. Божественные роды не зря так называются. Если бы не такие случаи, то… мало ли кто там записал себе в предков богов? Просто теперь люди будут знать, что Аматэрасу одобряет мой выбор наследника, но, по сути, для них ничего не меняется – работать-то им в любом случае с тобой. Друзья останутся друзьями, врагам вообще плевать на произошедшее. Для остальных это норма.
– Ты вроде говорила, что врагов в Японии у нас нет, – зацепился я за её слова.
– В Японии – да, больше нет, – кивнула она. – Откровенных, во всяком случае.
– А, ты о клане Хейг, – догнал я. – А в Японии кто был последним?
– Минамото, – пожала она плечами.
– Оу. А с этими-то мы что не поделили?
– Минамото претендовали на звание братского рода императорскому, а мы были живым доказательством, что это не так.
– Поясни, – попросил я.
– Минамото – потомки добровольно вышедшего из рода наследного принца, в то время как мы – именно братский род. Они потомки, а мы братья.
– Понятненько, – кивнул я.
Это, кстати, объясняет, почему у одного из старейших родов Японии столь… не мощное камонтоку. Да, крайне опасное для бахироюзеров, но от них ждёшь чего-то большого, масштабного, а не эффект подавителя на тридцать метров. Оказывается, у них просто заново развился камонтоку после блокировки старого. Такое всегда происходит. Подавленный камонтоку либо преобразуется во что-то другое, либо просто исчезает. Ясное дело, далеко не сразу, что замедляет появление нового камонтоку.
– Ладно, – вздохнула Атарашики. – Что было, то было. Вернёмся к нашим нынешним делам. Тебе пришло несколько приглашений. Четыре из них надо принять.
– Четыре?! Бли-и-ин… Это же четыре дня. Я рассчитывал уже через пару деньков обратно в Малайзию вернуться.
– Два дня тебе погоды не сделают, – пожала она плечами.
– Может, всё-таки… Ладно, ладно, – пошёл я на попятную после того, как старуха злобно на меня зыркнула. – Четыре так четыре. Кто хоть?
– Асакура, Кагуцутивару, Накатоми, Отомо, – получил я лаконичный ответ.
– Позволь уточнить. Я привёз в Японию будущего «виртуоза» и «чистую кровь», вёл переговоры с Токугава, засветился в какой-то мистике, но приглашения от императора не последовало?
– С императором буду говорить я, – ответила она. – Приглашение на чай я уже получила, так что сегодня вечером меня не будет.
– То есть никаких тебе приёмов или званых вечеров, просто на чай сходишь? Удобно. А почему ты, а не я? На меня ему давить как бы проще.
– Ты несовершеннолетний наследник, – улыбнулась она жёстко. – А я старейшина с огромным влиянием в роду. Даже если на тебя кто-то надавит, я могу либо заблокировать твоё решение, либо принять на себя удар за невыполнение сделки. Так что давить на тебя, Синдзи, это бессмысленная затея, которая скорее к ссоре приведёт, чем к осуществлению планов. Нам, кстати, надо будет провести пару показательных дел, когда ты станешь главой рода. Ты принимаешь решение, я его блокирую. Это немного прикроет тебя в будущем.
Старая хитрая карга – и это я сейчас с уважением.
– Сделаем, – кивнул я. – На сегодня приёмы запланированы?
– Приёмы – нет. С завтрашнего дня всё начнётся. А вот сходить на ужин к Асакура можешь уже сегодня. Точной даты они не называли.
– Молодцы какие, – пробормотал я. – Значит, сегодня вечером я тоже буду занят…
– Главная семья Асакура обитает в Йокогаме, – заметила Атарашики. – Всего тридцать километров от Токио, но учитывать это надо.
– Понял, – кивнул я. – Пойду тогда готовиться. Предупредишь их?
– Предупрежу, – вздохнула она.
Что можно сказать об Асакура в их естественном, так сказать, ареале обитания? Дела с ними вести можно, но ещё больше сближаться не хотелось бы. У меня даже сложилось впечатление, что у них полностью отсутствует чувство юмора. С жёнами главы рода и его наследника ещё туда-сюда, но они и не урождённые Асакура, а вот с ними самими было немного неуютно. Не то чтобы я постоянно шутил, но разрядить сухую атмосферу пытался, так Асакура в половине случаев этого даже не поняли. А во второй половине это выглядело примерно так: «О, он пошутил, наверное, надо улыбнуться…»
