Ноздря в ноздрю полностью

—  Тот, кто решил отравить гостей на обеде нака­нуне взрыва, наверняка знал, что арендаторы ложи, которую он хотел взорвать, сменились несколькими днями раньше. Опять же, я не думаю, что кто-то из обедавших на ипподроме в пятницу мог на следую­щий день оказаться в ложе принца. Газеты сообщи­ли, что он и вся его свита прилетели только в суббо­ту утром. Однако семь человек, которых ждали на ленч во взорванных ложах, не пришли, и я точно знаю, что трое остались дома исключительно по той причине, что отравились в пятницу вечером.

—  Bay! — воскликнула Каролина. — И кому еще вы об этом рассказали?

—  Никому. Я просто не знаю, кому рассказы­вать. И потом, я боюсь, что меня поднимут на смех.

—  Но почему?

—  Вы не читали газет? Всю неделю они пишут о связи взрыва с Ближним Востоком. И по телевизору твердят только о том, что бомба предназначалась принцу.

—  Может, они располагают сведениями, которых нет у вас, — предположила Каролина. — Секретные службы, возможно, что-то знают.

—  Возможно, — не стал спорить я. — Но, соглас­но «Санди таймс», ни одна экстремистская группа ответственности за взрыв на себя не взяла.

— А чего брать, если покушение провалилось?

—  Не знаю, — ответил я.

Принесли главные блюда, и какое-то время мы говорили о более приземленном — наших семьях, школах, любимых фильмах и музыке. Даже не зада­вая прямого вопроса, я убедился, что в настоящий момент постоянного бойфренда у нее нет, не говоря уже о культуристе ростом в шесть футов и шесть дюймов, который мог бы съесть меня на завтрак. Судя по всему, она сталкивалась с той же пробле­мой, что и я: ежевечерняя игра на альте не способст­вовала романтическим увлечениям.

—     Мне не хочется этого говорить, но большинство музыкантов оркестра редкостные зануды, со­вершенно не в моем вкусе.

—  А какие мужчины вам по вкусу? — спросил я.

—  Да, это хороший вопрос.

Ответа, однако, я от нее не дождался и опять сменил тему:

—  Как ягненок?

—  Восхитительный. Хотите попробовать?

В итоге я получил кусочек ягненка с ее вилки, а она — кусочек рыбы с моей. В процессе обмена я пристально смотрел на нее. Увидел ярко-синие гла­за, высокие скулы, удлиненный тонкий нос над ши­роким, чувственным ртом и волевым подбородком. Возможно, не классический идеал, но мне она каза­лась красавицей.

—  Куда вы смотрите? У меня капелька соуса на подбородке? — Она вытерла подбородок салфеткой.

—   Нет, — ответил я. — Просто хотел получше разглядеть человека, который подает на меня в суд, чтобы узнать его на процессе. — Я улыбнулся, она — нет.

—  Да, теперь я понимаю, что погорячилась.

—  Вы можете отказаться от иска, — предложил я.

—  Мой агент настаивает. Не любит терять ко­миссионные.

—  Он получает долю со всех ваших заработков?

—  Абсолютно. Пятнадцать процентов всегда его.

—  Это ж надо! Деньги ни за что.

—  Нет-нет, он их отрабатывает, — вступилась за агента Каролина. — Он заключил для меня контракт с КФО, и на более выгодных условиях, чем удается другим агентам. Я также выступаю соло, когда не за­нята в оркестре, и вся подготовительная часть лежит на нем. Я только приезжаю и играю.

— То есть он старается, чтобы вы не простаивали.

—  Безусловно. На этой неделе я свободна только потому, что должна была улететь в Нью-Йорк. Ска­зать по правде, это фантастические ощущения — проводить вечер дома, лежа на диване, перед телеви­зором.

—  Сожалею, что сегодня лишил вас всего этого, пригласив в ресторан.

— Что вы такое говорите, я в восторге.

—  Хорошо. Я тоже.

Какое-то время мы ели в удовлетворенном мол­чании. Я действительно наслаждался этим вечером. Красивая, умная, талантливая спутница, превосход­ный обед, приличное вино. Разве можно желать луч­шего?

—  И с кем ты[24] намерен поделиться этой безум­ной версией? — спросила Каролина за кофе.

—  Кого бы ты предложила?

—  Разумеется, полицию, — ответила она. — Но сначала ты должен подготовить доказательства.

—  В каком смысле?

—  У тебя есть список гостей званого обеда?

—  Да, но пользы от него немного, поскольку нет полного перечня фамилий. За несколькими столами сидели по десять человек, а назван только хозяин. Остальные числятся гостями такого-то. Я раздобыл и план павильона с расшифровкой, где кто сидел, но и там та же история. Так что у меня есть фами­лии только примерно половины присутствовавших.

—  А как насчет списка приглашенных на ленч?

—   Его у меня пока нет. Думаю, полный список был только у одного человека — дамы из службы маркетинга компании-спонсора, но она погибла при взрыве. Выяснить, кто был на ленче, достаточно легко, потому что их фамилии или в списке погиб­ших, или в списке раненых. Но меня больше инте­ресуют те семеро, которые не пришли, хотя их там ждали.

—  Но у кого-то должен быть список всех пригла­шенных, — упорствовала Каролина.