«Мои руки!» – продолжал стонать безумец – «Мои руки!» – Ранд медленно поднял руки, просунув их в зияющее перед ним отверстие в стене. Без промедления Льюс Тэрин сплел Огонь и Землю в замысловатый узор, и с кончиков пальцев Ранда веером протянулись алые нити, по десять с каждого. Он узнал Стрелы Пламени. И, как только они срывались с его рук, на их месте возникали новые. Причем настолько быстро, что казалось, они начинают мерцать раньше, чем срываются со своих мест. Пораженные нитями тела Троллоков бились в конвульсиях, а их кровь, разогретая выше точки кипения, резкими толчками извергалась и падала на землю сквозь отверстия, прожженные сквозь их массивные тела. Нередко Стрелы Пламени, перед тем как истаять, успевали поразить две-три жертвы.
Он, раздвинув пальцы пошире, стал медленно водить руками из стороны в сторону, сея смерть по всему фронту атаки. Появились Огненные Цветки, которые не были сплетены им. А затем и Врата Смерти, чуть меньшие, чем выходили у Льюса Тэрина, и Стрелы тоже – видимо, это была работа Логайна. Остальные Аша’маны, естественно, тоже обратили на них внимание, но мало кто из них смог разглядеть способ плетения последних двух.
Разорванные ударами молний и огненных шаров, Огненными Цветками, Вратами Смерти и Стрелами Троллоки падали сотнями, тысячами, но продолжали бежать вперед, воя и размахивая оружием. Сжимая в руке меч с черным лезвием, прямо за ними скакал Мурддраал. Едва достигнув служебных построек, часть Троллоков окружила их, круша кулаками двери, взламывая мечами и копьями стены и доски, швыряя пылающие факелы на соломенные крыши. Засевшие на них салдейцы, стреляя, что было сил из своих коротких луков, сбрасывали факелы прочь. Но часть застряла, повиснув на краях кровли, и пламя начало охватывать даже мокрую солому.
«Огонь!» – подумал Ранд, обращаясь к Льюсу Тэрину. – «Салдейцы сгорят! Сделай же что-нибудь!»
Льюс Тэрин не отвечал. Он на пределе сил и скорости ткал смерть в образе Врат Смерти, Стрел Пламени и швырял ее в Троллоков. С седла скатился пронизанный полудюжиной алых нитей Мурддраал, за ним второй. Третий, потеряв голову от Стрелы во взрыве кипящей плоти и крови, продолжал скакать, размахивая мечом, словно не понимая, что уже убит. Ранд поискал остальных. Если уничтожить всех Мурддраалов, Троллоки могут с готовностью развернуться и бежать.
Льюс Тэрин продолжал сплетать только Врата Смерти и Стрелы Пламени. Для применения Огненных Цветков основная масса Троллоков теперь была слишком близко к усадьбе. Часть Аша’манов, очевидно, этого еще не сообразила. Комната вздрагивала от громовых ударов. Вздрагивал целый дом, словно, под ударами гигантских кувалд, собирался развалиться на куски. Внезапно грохот прекратился, если не считать взрывов огненных шаров или взрывающейся под ногами Троллоков земли, отбрасывавших их в сторону, как сломанные игрушки. С неба дождем лились молнии. Серебряно-голубые стрелы беспрерывно били настолько близко к дому, что волосы на руках и груди Ранда начали топорщиться, также как и волосы на его голове.
Какие-то Троллоки сумели взломать двери одного из амбаров и хлынули внутрь. Он переместил руки, срубив алыми мерцающими нитями, пробивающими в телах отверстия, тех из них, кто остался снаружи. Часть успела заскочить внутрь, но с ними салдейцам придется иметь дело самим. На конюшне и во втором амбаре под воздействием огня уже занялась солома. Лучники на крышах кашляли от едкого дыма.
«Послушай меня, Льюс Тэрин! Там – пожар! Ты должен что-то предпринять!»
Молча, Льюс Тэрин продолжал ткать губительные для Троллоков и Мурддраалов сплетения.
«Логайн», – крикнул Ранд, – «Там пожар! Погаси его!»
Тот тоже не ответил, но Ранд увидел нити, выкачивающие жар из язычков пламени, убивая их. Они стали гаснуть, оставляя после себя холодную обуглившуюся солому, над которой даже не курилось и усиков дыма. Смерть бродила среди Троллоков, но они приблизились уже настолько, что даже взрывы огня наполняли дом грохотом.
Внезапно у окна возник пеший Мурддраал. Бледное лишенное глаз лицо, столь же невозмутимое, как у Айз Седай. Черный меч, уже был занесен для удара по Ранду. Два брошенных Девами копья ударило безглазого в грудь, метательный нож расцвел у него в горле, но Мурддраал лишь пошатнулся, перед тем как возобновить атаку. Ранд собрал пальцы вместе и, как раз перед тем, как черное лезвие должно было пронзить его, тело Мурддраала распорола сотня Стрел Пламени, отбросив того на двадцать шагов назад и оставив продырявленную плоть валяться в луже вытекшей из нее крови. Мурддраал редко умирал сразу, но этот даже ни разу не дернулся.