Соломенноволосая бывшая сул’дам наконец сдалась в странно захватывающим и болезненным способом. При этом болезненным и для нее и для Сестер. Когда она впервые неуверенно на вчерашней ночевке за ужином попросила их учить ее, они сперва отказались. Они стали учить Бетамин потому, что она уже начала направлять. Сита была слишком старой, чтобы стать послушницей, и на этом вопрос закрыт. Поэтому она каким-то образом повторила то, что сделала в свое время Бетамин, заставив всех троих с воплями и визгом скакать через костер в облаке танцующих искр, пока они не смогли обнять Силу. По крайней мере, Джолин и Эдесина. Теслин по-прежнему не хотела иметь никаких дел с сул’дам, бывшей или нет. При этом все трое поучаствовали в порке, от чего Сита все утро провела, ерзая в седле. Она и сейчас выглядела напуганной, толи Единой Силой, толи Айз Седай, но, что странно, ее лицо выглядело… удовлетворенным, что ли. Как это понимать, для Мэта было загадкой.
Что до него самого, то он и сам должен был чувствовать удовлетворение. Он справился с убийцами, не стал вслепую лезть в расставленную Шончан западню, предназначенную для убийства Туон, и еще раз надолго оставил голама позади. Он станет следить за труппой Люка, и об этом его предупредили, как бы мало пользы от этого не было. А через пару недель, а то и меньше, он окажется за горами в Муранди. Теперь перед ним была нелегкая задача, придумать, как безопасно отправить Туон назад в Эбу Дар, тем более, что теперь ему приходится оберегать ее от Айз Седай, замышлявших ее выкрасть, что означает несколько более частые встречи с ней. И попытки разгадать, что же творится за этими прекрасными глазками. Он должен быть счастлив как козел в амбаре с зерном, но не получалось.
С одной стороны, ужасно ныли все эти порезы, которые он заработал в Мадерине. Некоторые воспалились, хотя ему пока удавалось это скрывать. Он ненавидел трястись от лихорадки так же сильно, как и когда на нем использовали Силу. Лопин и Нерим зашили его как сумели, и он отказался от Исцеления, несмотря на все запугивания, к которым прибегли все три Айз Седай. Он сильно удивился, но из всех именно Джолин настаивала больше всех, и махнула рукой только после того, как он наотрез отказался. Вторым сюрпризом была Туон.
«Не будь дураком, Игрушка», – заявила она в его палатке, нависая над ним, сложив руки на груди, пока Лопин и Нерим работали над ним с иголками, а он сидел, сжав зубы. Повеявшим от нее духом собственницы, а почти все женщины хотят удостовериться, что их собственность отремонтирована надлежащим образом, было достаточно, чтобы он оскалился в улыбке, невзирая на иголки. И плевать, что он был почти раздет! Она вломилась внутрь и отказалась уходить, пока ее не выгонят силой, а он чувствовал себя не в том состоянии, чтобы пытаться выставить силой женщину, которая, как он подозревал, могла запросто сломать ему руку. – «Это ваше Исцеление – замечательная вещь. Моя Майлен его знает, и я приказала ей показать его остальным моим дамани. Конечно, многие глупо пугаются, если их касается Сила. Половина моих слуг рухнет в обморок от одного только предложения, и, не удивлюсь, если половина Благородных тоже. Но я не ожидала подобной глупости от тебя». – Если бы у нее было хоть четверть того опыта общения с Айз Седай, что был у него, то она бы поняла.
Из Мадерина они направились по дороге, словно ехали в Лугард, и как только из поля зрения скрылись последние фермы, они свернули в лес. В тот же миг, как они вступили под тень деревьев, в его голове снова завертелись кости. Это было второй причиной, ухудшавшей его настроение. Эти проклятые кости, барабанившие в его голове второй день подряд. Но, с другой стороны, трудно предположить, что они остановятся тут посреди лесной чащи. Что такого важного может произойти в лесу? Однако, он старался держаться подальше от любых населенных мест, обходя стороной даже крохотные деревеньки. Рано или поздно кости остановятся, но он готов подождать сколько угодно долго.
Туон и Селусия отправились к роднику умыться, о чем-то быстро переговариваясь на пальцах. О нем, он был уверен. Когда женщины шепчутся, склонив друг к другу головы, можно быть абсолютно уверенным.
Вскрикнула Аматера, и все головы повернулись в ее сторону. Мэт увидел причину одновременно с Джуилином – черная змея почти семь футов в длину быстро уползала от бревна, на котором сидел Джуилин. Лильвин с проклятьем вскочила на ноги, обнажив меч, но она оказалась не резвее Джуилина, который, выхватив свой короткий меч, бросился вслед за змеей столь стремительно, что уронил свою красную коническую шляпу.
«Дай ей уйти, Джуилин», – крикнул Мэт, – «Она так и так удирает. Дай ей уйти». – У змеи, видимо, было логово под этим бревном, и она очень испугалась, высунувшись наружу, и обнаружив там людей. К счастью, чернокопьевки живут уединенно.