– Не могу… Стоит перед глазами, словно наваждение какое-то. Закрою глаза и вижу ее…
– С тобой, Артур, не соскучишься: то организация, то Кристина… Хорошо, что Карл еще не дорос до подобной… м-м-м… проблемы, как любовь.
– Что значит «не дорос»?
– То и значит, ему еще только восемнадцать недавно исполнилось.
– Как! Этому бугаю восемнадцать! – удивился Артур.
– Да. И этот «малыш» один на один выходил на медведя с ножом и завалил матерого! Так-то вот! Ладно, – махнул рукой Олег, – с Кристиной, я надеюсь, пока терпит, и ошибок ты не наделаешь… Меня же вот что настораживает: ведь твой дядя с недавних пор соуправитель «Фишман и К°». Но он частенько общается с полковником Крамером, и думается мне, что их взаимоотношения простираются гораздо глубже охоты и совместных прогулок по поместью дядюшки… Как бы твой дядя не был членом антигитлеровской организации, и если это так, то Карл находится под двойным ударом!.. Это очень плохо, так как на него Москва делает большие ставки… даже мне неизвестно его истинное предназначение. Учти это!
Федор все больше втягивался в работу по руководству фирмой «Фишман и К°», не понимая, зачем все это нужно полковнику Воскресенскому, который уже дважды в радиограммах поощрительно отозвался о его успехах. В очередной радиограмме Федор прочитал: «Навести Роберта Шихмана. Для будущей работы знакомство с ним необходимо. Отец».
«Навести… Вроде все так просто: перешел на другую улицу… и навестил. А это даже не Германия… Швейцария! Хотя почему бы и нет! В Швейцарии, говорят, красиво… Альпы! Возьму Кристину, и махнем… Отдыхать-то я должен…»
В последнее время Федор все чаще стал задумываться о своих взаимоотношениях с Кристиной. Она ему нравилась: неунывающая, задорная… и красивая! Вечера они проводили вместе, и ему все труднее было общаться с ней как с сестрой, пусть даже с сестрой лишь по легенде. Открыться же ей в своих чувствах он не мог, тяготясь даже тем, что он ее использует как прикрытие. Не дай бог его раскроют, первой, кто пострадает, будет Кристина. Но бороться с возникшим влечением было с каждым днем все труднее.
Кристина от предложения Федора посетить Женеву была в восторге. На следующий день вместо обычного «Доброе утро!» она спросила:
– Когда едем? Я уже готова!
– А разрешение на проезд?..
– Вот оно! – Девушка подала бланк с печатью. – Как ты сказал про Швейцарию, я тут же сбегала в посольство, и к вечеру посыльный принес необходимые документы… и на машину тоже, – предупреждая вопрос, улыбнулась Кристина. – Так когда едем?
– Сегодня и поедем… Я только предупрежу Юргена… Дня на три-четыре… Да?
– Как скажешь. Но разрешение у нас дано на десять дней. Зигфрид автомобиль подготовил. Порывался сам нас отвезти, но я документы оформила только на нас двоих. Или надо было на троих?
– На двоих так на двоих… – никак не отреагировал Федор на хитренький взгляд девушки. – Нам в Женеве надо одного человека навестить… Вернее, для начала с ним надо бы познакомиться… Роберт Шихман!
– Так мы из-за этого Шихмана едем в Швейцарию, – погрустнела Кристина.
– Нет, конечно, – поспешил успокоить девушку Федор. – Так, по ходу дела просили навестить… Последняя просьба умирающего… Не мог же я отказать!
– Если отправимся после 14:00, то надо будет останавливаться на ночь в гостинице. Я знаю такую, почти у самой границы. Я как-то с папой ездила, и мы там останавливались. Хорошо бы попасть в тот же номер… – мечтательно предположила девушка. – Ты так и не ответил: во сколько отправимся?
– Через двадцать минут. Я только соберусь, а к Юргену по пути заедем, – с улыбкой ответил Федор, так до конца и не решив, правильно ли он поступает, беря с собой Кристину.
Погода соответствовала настроению – солнечная. Чего еще желать деревенскому парню из сибирской глубинки: автомобиль, о котором можно только мечтать; девушка, каких можно увидеть только на обложке журнала; горные вершины в снегу и петляющая, словно змея, дорога… За окном ухоженные, не тронутые войной деревеньки и маленькие городки, все, словно люди на одно лицо – кирха или костел, аккуратные домики под красными черепичными крышами, перед которыми за ровными выбеленными заборчиками подстриженный кустарник. Ехали не так быстро, как хотелось бы, и потому, не доезжая до границы со Швейцарией, пришлось остановиться на отдых.
– Ты это сделал ради меня?
– Что именно? – не понял Федор.
– Ведь это тот городок и та гостиница из моего детства, – благодарно улыбнулась девушка. – Я к администратору, а ты пока поставь машину. Автомобильная стоянка вон там, за углом.
Когда Федор вошел в холл гостиницы, Кристина уже ожидала его с ключом в руке.
– Нам повезло! – обрадованно сообщила она. – Комната под номером 17 свободна. Я заказала ужин на семь вечера в номер. Ты не против?
– Что ты… Я во всем полагаюсь на тебя.
– Здесь прислуги, кроме горничной, нет, мужчин призвали в армию, так что чемоданы за тобой… – распорядилась девушка. – Семнадцатый – по лестнице на второй этаж…
