Ледяные струи, соприкасаясь с красной кожей, приносили огромное облегчение, но вот рана от холода только разнылась, и теперь он ломал голову над тем, какая боль хуже, от ожогов или от заклятия. Так как рана на лодыжке угрожала начать кровоточить, он вылез из душа. Оставшиеся без холода бёдра вновь зажгло огнём, но лодыжке полегчало. Проклиная всё на свете, он призвал плавки, дабы лишний раз не смущать Белинду. Она, стоило Поттеру зайти в комнату, покачала головой, то ли соболезнуя, то ли говоря, какой он растяпа.
Одеться оказалось сущей мукой, каждое соприкосновение ткани с кожей было невыносимым, казалось, что ноги превратились в одну сплошную рану. Скрипя зубами, кое-как натянув джинсы, он достал затесавшуюся в присланные рубашки футболку и быстро надев её, поковылял к Снейпу, надеясь, что тот даст ему противоожоговое зелье.
Почему к Снейпу? Потому что, как он успел сделать вывод благодаря карте, мадам Помфри ещё не было в школе, как и некоторых других учителей.
Парень медленно брёл по коридорам со скоростью беременной улитки. Когда он шёл и не задумывался о боли, то она словно утихала, но стоило о ней вспомнить, как начинался его маленький персональный ад. Какой бы сильной не была боль, он только крепче сжимал зубы, так что на скулах ходили желваки.
Он подошёл к двери, ведущей в личные апартаменты декана Слизерина и настойчиво забарабанил в неё. Ему было откровенно плевать, что профессор может спать, ведь он, Гарри, должен был срочно получить зелье. Стоять становилось все труднее, и он сел на пятую точку, облокотившись на противоположную от двери стену.
От мысли послать Добби к профессору с сожалением пришлось отказаться из-за легко узнаваемых гербов, красующихся на тунике домовика.
«Что ж, придётся поступить по другому».
— Добби, — он дождался, чтобы появился эльф, — принеси мне перо или что-то в этом роде. У меня на тумбочке лежит.
Эльф послушно принёс перо, и Поттер вспомнил МакГонагалл и чудный предмет, ею же и преподаваемый. Выудивши нужное заклинание из памяти, он трансфигурировал перо в обычный мяч для тенниса. Его «шедевр» получился почти таким, как оригинал. Гарри сел поудобнее и начал методично бросать мячиком в дверь, а тот отскакивал от неё прямо ему в руки. Как же он был рад, что коридор был не слишком широк.
Это увлекательное занятие отвлекало его от боли и одновременно успокаивало нервы, принося удовольствие его садистской стороне характера. Удар за ударом, стук-стук, эхо разносилось по всему этажу. Тук-тук, когда же он выйдет? Стук-стук. Мячик долетел до двери в тот момент, когда она открылась, и брошенный со всей силы снаряд попал не ожидавшему подлянки Снейпу в живот, заставив того скривиться.
========== Глава 24 ==========
Зелёненький шарик отскочил от живота профессора, но на пол не упал, зависнув в десяти сантиметрах от пола, сдерживаемый магией декана змеиного факультета.
Гарри перевёл довольный взгляд на лицо профессора, пытаясь сдержать улыбку, но не получилось, и он широко улыбнулся, от уха до уха, окончательно разозлив Снейпа. Возможно, впервые в жизни Поттер видел профессора без привычной маски безразличия. Сейчас на его худом лице отражались различные эмоции, но самым сильным было желание убить Поттера или, как минимум, послать куда подальше.
— Позвольте поинтересоваться, что вы забыли в моих апартаментах в шесть часов утра? — несмотря на то, что профессор был полностью одет, по его недовольному, слегка припухшему с левой стороны лицу было понятно, что Поттер вытащил его из уютной постели.
— Доброе утро, профессор, — задорно сказал Гарри. — Мне нужно противоожоговое зелье, сэр, — продолжил он, но уже без улыбки, так как в этот момент ногу свело судорогой.
— Зачем же оно вам? — ехидно спросил зельевар, уже держа мячик в руке.
— У меня ожоги. Или вы думаете, что мне оно нужно для чего-то другого? Раз я прошу противоожоговое, то вы, как мастер зелий, должны знать, соответственно, для чего оно предназначено…
— Заткнитесь, Поттер, вечно какой-то бред несёте — оборвал Поттера Снейп. — Когда это вы уже успели обжечься?
— Мне захотелось в столь дивное утро попить какао, и я облился, — сказал он, пряча глаза и надеясь, что профессору вдруг не взбредёт в голову осмотреть раны.
— Ждите меня здесь, Поттер, я не собираюсь вас потом искать по всей школе, — буркнул профессор и скрылся за дверью.
Стоило ему исчезнуть, как Поттер вдохнул с тихим свистом воздух и схватился рукой за голень.
«Чёрт, надо к Слизерину за второй порцией мази. Как я только мог вчера забыть её там?»
Тут он услышал тихие шаги быстро приближающегося учителя и отдёрнул руки, с трудом приняв довольный вид.
— Помажете сейчас и перед сном, если это действительно ожоги от какао, то к завтрашнему утру всё пройдёт, — Снейп протянул две маленькие колбочки с противоожоговой мазью.
Поттер, сморщившись от боли, поднялся и, поблагодарив, взял мазь, на что его спаситель заметил:
