Желаддин-бек тянул слова, как спросонок, блуждая глазами по лицу Дмитрия, вглядываясь в него, словно выискивая что-то.
“Скажешь „нет” — считай, пропала девка, — подумал Дмитрий. — Что с ним, черт возьми? Чего он мямлит, словно его из-за угла пыльным мешком меж ног пришибли? Чем я его так напугал-то?” А в голове у него уже созрел ответ.
— Я — красивый, — сказал он и ткнул себя пальцем в грудь. — Она красивая.
Взгляд юз-баши остановился на нем и принял более осмысленное выражение. Он засмеялся. Сначала неуверенно, а потом все громче и громче, будто Дмитрий, сам того не ведая, подал юз-баши путеводную нить и вывел из лабиринта непонятных переживаний.
Сотник смеялся долго. Заливисто. До слез. И все тыкал в Дмитрия пальцем.
— Красивый… красивый… — повторял он сквозь смех.
А Дмитрию стало ясно, что благодаря неизвестно чему девчонка останется у него. Не отберет юз-баши пленницу. И тут же получил подтверждение. Сотник вытер глаза рукавом и шумно выдохнул.
— Если она такая же красавица, как ты, то я и видеть ее не хочу, — махнул рукой юз-баши. — Оставь себе.
— Ты щедр, — сказал Дмитрий, слегка кланяясь.
— Запомни это, — вдруг сказал юз-баши таким тоном, словно предлагал союзный договор на высшем уровне. — И что я тебя десятником сделал, запомни.
— Запомню, — пообещал Дмитрий. — Ты щедр.
Сотник вновь принял надменный вид. Но играл, это было заметно.
— Убирайтесь, — отпустил их наконец юз-баши.
* * *
Вместе с Арсланом Дмитрий обходил палатки в поисках солдата “красной” сотни, что болтался рядом с ним в крепости. Он пытался понять, что же на самом деле произошло во время “аудиенции” у сотника. Мысль, что девчонка осталась у него, поднимала в груди горячую волну радости. Вот это-то как раз он хорошо понимал: моральные ценности радуются. Глупо радуются, между прочим, — не то место, не то время. Но это была, пожалуй, первая положительная эмоция с момента его провала в прошлое, и он купался в ней, отдыхая душой.
Арслан, до сих пор молчавший, как рыба, внезапно окликнул:
— Гуль!
— Что тебе?
Арслан отозвался не сразу.
— Юз-баши тебя испугался. Почему?
— Кто знает? — пожал плечами Дмитрий.
Арслан помялся.
— А может, ты и вправду злой дух, как говорят? — спросил он, пряча глаза.
Дмитрий не до конца понял, о чем его спросил Арслан, и собрался переспросить, но в это время его желудок, в котором плескалось выпитое вино, разразился громким бурчанием, похожим на угрожающее рычание собаки.
Арслан округлил глаза и прыснул.
— Что ты сказал? — спросил Дмитрий. — Повтори!
— А, не важно… — с довольным видом отмахнулся Арслан.
Дмитрий удивленно пожал плечами. Черт их разберет…
Он до сих пор не совсем понимал, как его здесь воспринимают. Его рост и в будущем — бывшем настоящем — выбивался из рамок “среднего”, но по сравнению с людьми азиатского средневековья он действительно был самым настоящим гигантом, на добрых полметра возвышаясь над их макушками. И был бы он банальной “жердиной” — худым, но длинным. Нет же! Еще в армии он постарался нарастить соответствующие росту мускулы и потом регулярно посещал тренажерный зал, чтобы тело не подернулось жирком. Хотя занятия с Игорем могли с кого угодно спустить лишнее сало, но и тогда он не прекратил забавляться со штангой и тренажерами: энергии у него всегда было хоть отбавляй, и Дмитрий предпочитал давать ей выход, выжимая восьмидесятикилограммовую штангу.
Но здешние “невысоклики” моментально привыкли к нему, словно знали с самого рождения. Поначалу скопом бегали полюбоваться на диковинку, но вскоре прекратили. Он обратил внимание, что их больше удивляет цвет его кожи и глаз, нежели рост.
Дмитрий снова вспомнил убитого из-за девчонки солдата. Напал ведь… Плюнул на разницу в весовых категориях и напал. Пусть даже со спины. А родственничек, будь он неладен, пообещал, что прикончит.
Дмитрий прикинул, каким же образом родня убитого будет осуществлять мщение. Навалятся всем гуртом? Тогда он точно рискует пресечь некий древний среднеазиатский род. Но у каждого в роду есть родственники в другом роду. Те обидятся в свою очередь. И пойдет цепная реакция…
— Всех убью… — пробурчал он по-русски и поймал себя на том, что тихо смеется, — впервые с тех самых пор, как полностью осознал, куда же попал.
Солдата они нашли без труда. Арслан объяснил ему, в чем дело. Тот блеснул на Дмитрия глазами.
— Все скажу… — сразу согласился он и сделал паузу, — если научишь меня. Договорились?
— Договорились, — усмехнулся Дмитрий.
Нет безнадежнее занятия, чем обучать человека “секрету”, сути которого сам не понимаешь. “Получит раз двадцать деревяшкой по загривку, — решил он, — придет к выводу, что туп, и успокоится”.
Он не вел календаря, отсчитывая дни пребывания в прошлом: незачем. Не Робинзон же Крузо на необитаемом острове, сохраняющий видимость нормальной человеческой жизни в надежде на возвращение в лоно цивилизации. Вокруг и так были люди и цивилизация. Старая добрая человеческая цивилизация, удобренная костями и политая кровью.
