– Такому прокаченному парню, небось, поклонницы проходу не давали? – Макс решил зайти с другой стороны.
– Да какое там, – Дементий отмахнулся. – Ни с кем нормальных отношений не смог построить. Меня просто боялись. В детстве был добродушным, мягким, животных любил, мухи не обидел, так мама всегда говорила, – он печально вздохнул, вспоминая о доме.
– Как же ты стал бойцом без правил? – удивился Макс.
– Так потому и пошел заниматься, чтобы мужиком стать. Вначале ходил в секцию обычного бокса, потом добавил фитнес, затем перешел на тайский бокс и так далее, – пояснил он.
– А кто у тебя мама? Где отец? – уточнил Макс.
Он печально опустил голову.
– Учителем в музыкальной школе работала. Отца не помню, они развелись, когда мне три года было. Он уехал в другой город и больше с нами не общался.
Данный ответ внес понимание, откуда он любит классическую музыку.
– Увлечений по мимо боев у меня особо не было. – Дементий задумчиво пожал плечами. – Все время посвящал тренировкам. После школы учится никуда не пошел, так и продолжил развитие в спорте, вскоре став профессиональным бойцом. Любил рыбалку, но чем дальше, тем реже на нее выбирался. В детстве много читал, представляя себя капитаном парусного судна, бороздящего просторы океана и борющегося с пиратами. Если брать последние годы жизни, то это замкнутый спортивный мир. Товарищей много, но вот с друзьями не сложилось, – посетовал он.
Многие в детстве представляли себя пиратами, а Дементий, наоборот, бравым капитаном, который с ними борется.
– Как тебе новое оружие? – Макс перевел тему разговора, так как Дементий совсем опечалился.
– Отлично. – Довольно заулыбался он. – Намного лучше и удобней, чем топором махать. С булавой лучшая подвижность и хорошая защита. По весу мне как раз, не слишком тяжелая, но увесистая. Может, еще хочешь что-то обо мне узнать? – поинтересовался он.
Макс пожал плечами.
– Да у нас просто дружеский разговор.
– Да понимаю я, – он скептически посмотрел на командира. – Хочешь иметь представление, на что способны и чего от нас ожидать. Мне нравится твой серьезный и достаточно глубокий подход к делу. Ты лучше скажи, у нас есть будущее или так и будем сражаться как гладиаторы до конца своих дней, представляя из себя рабов системы?
Его слова вызвали у Макса некоторое удивление таким емким сравнением.
– Мы действительно похожи на гладиаторов, выходящих на арену биться с монстрами. У системы имеется какой-то план, все не так просто, зачем-то все это надо. Время покажет, к чему придем. А вот на счет конца твоих дней не уверен. Посмотри на меня, система способна омолаживать тела, значит, и жизнь может продлиться до бесконечности, если не погибнешь в бою. Но я уверен, будущее уже определено. Какое оно будет, это другой разговор. На данный момент предстоит пройти самое сложное. Надо выжить, сколько бы там впереди не было новых локаций. Но не думаю, что их много, – Макс поднялся.
– Спасибо. – Дементий поднялся следом и пожал ему руку.
– За что? – не понял Макс.
– Ты подарил мне надежду. Я почему-то тебе верю, это многое для меня значит, – искренне пояснил он.
Попрощавшись с Дементием, Макс вышел в гостиную.
Разговор со всеми сложился, более тесный контакт установлен, общее представление появилось. Команда собралась неплохая, эксцессов ждать не стоит, пора отдохнуть, время уже позднее.
Он направился к себе в комнату. У его прошлой команды была одна теория относительно этого мира и системы в целом, которую он не стал озвучивать. Она могла вогнать людей в депрессию, а что еще хуже, спровоцировать потерю интереса к жизни.
Ребята считали, что все это жестокие игры. За каждой командой стоит хозяин, они делают ставки и бросают людей в бой. Выигрывает тот, чья команда выживет, какая дольше продержится и достигнет более высокого уровня, перейдя на новую локацию. Там ставки могут быть выше. Игроки даже иногда стравливают команды между собой, выясняя, чья сильнее. Или кто-то идет ва-банк и посылает людей на рискованное опасное задание.
Макс не верил в подобное и считал, что тот, кто достиг высокого уровня развития и смог создать «систему», не будет настолько жесток, чтобы просто играть ради забавы. Ребята возражали, приводили свои аргументы.
Возможно, создателям скучно, вот и устроили развлечение в больших масштабах. Ведут трансляцию боев по своим мирам, как шоу. Что им до наших жизней? Люди тоже стравливают животных, устраивая бои.
В понимании Макса данные рассуждения выглядели наивно. Он замечал, как они приводят в уныние. Ребята не видели света в конце туннеля.
Тогда он допустил большую ошибку и не пресек ее в самом начале. В итоге данная теория укрепилась в сознании, ведь своей он выдвинуть не мог.
Его мышление было аналитическим, мозг сам собирал информацию, даже если задачи никакой не стояло, и выдавал определенный результат. Но в этом направлении данных было слишком мало.
В этот раз он твердо решил подобных теорий не допускать.