Норд согласился на предложение своего фамильяра, что Катеньку надо бы по поры, до времени заморозить. И, прихватив с собой Базилевса, вызвался самолично препроводить мировую угрозу до искомого алтаря в глубине подвалов академии. Троих удаляющихся через портал шатало во все стороны. Ректора и принца по понятной причине, Катеньку, висящую между ними, за компанию.
После того, как кухонное пространство освободилось и лишние уши и глаза ушли, Упырь развернул перед Амет карты.
- Где? - спросил кошкоухий.
- Милан, - икнула дочь Тёмного Властелина, покопавшись в катенькиной памяти, - Москва и, почему-то, Новосибирск.
В открывшийся портал полетели пепельница с горкой окурков, пустые бутылки и стаканы, грязные салфетки и тарелка с солёными огурцами, которыми Базилевс придумал закусывать штрафную кружку с ромом. Недопитую бутылку Амет придержала для себя. Из портала раздался чей-то отборный мат и он закрылся.
- Упс, - хмыкнул Упырь и, истерично хихикнув, накрыл столешницу следующими картами. - Где?
- Мэ-э-э-э-э-э-э-э, - Амет почесала затылок. - А трёхмерного изображения нет?
На карты лёг ноутбук.
Дело пошло быстрее и гораздо веселее. Дочь Тёмного Властелина разглядывала фотографии городов и называла адрес. Упырь, стащив карты на пол, лазил по ним на четвереньках и, высунув кончик зыка, отмечал крестиком места Дверей и Троп.
- Значитца так, - постановил кошкоухий через пару часов и минус ещё одну бутылку, когда три карты были усеяны крестиками, - Миланом и Москвой пусть займутся выпускники академии, будет им дополнительный экзамен на профессиональную пригодность. Мы же с вами...
- Что? - опять икнула Амет.
Ром выносил похлеще высокооктанки. В глазах дочери Тёмного Властелина не то, что троилось, расплывалось. Хотелось одного, лечь и уснуть, а не бегать каждые полчаса в туалет пописать или засунуть два пальца в горло, что бы пить дальше.
- Мы с вами отправимся в Новосибирск, - докончил Упырь, и сцепил пальцы, - там всего два крестика.
- Вот прямо сейчас?! - ужаснулась Амет.
- Вот прямо сейчас, - кивнул кошкоухий.
Повестка это или нет?
Какой вопрос - такой ответ.
Мурзилки int. - Призывник
Авторское отступление.
Придумай имя - поиздевайся над ребёнком.
Ага.
Но что делать ребёнку, когда у его родителей не хватает фантазии, или они гонятся за модой? Распространённое имя - бич ничем не хуже, нежели имя редкое. Над редким, заковыристым и зубодробильным хоть смеются и дразнятся. Но как слышать в спину незнакомый голос, который тебя окликает, а когда ты поворачиваешься и на автомате спрашиваешь; " - Что?", а тебе говорят; " - Ой, вы тоже Маша?", это знает только человек с распространённым именем. Не то, что бы хочется своё имя сменить, но высказать родителям всё, что ты думаешь о их фантазии - очень даже.
Рождённые в шестидесятые годы двадцатого столетия в Реальном Мире, вспомните, сколько во дворах ваших школ бегало Танечек? Рождённые в восьмидесятые, сколько у вас было Леночек? А уж Алексеев и Александров всегда можно было лопатой грести и ещё бы осталось.
Так-то.
Конец авторского отступления.
***
Маша собиралась на рыбалку.
Не ту, которая "Удочки не берём, из автобуса не выходим", и не ту, которая " Шашлыки, пиво, саунбуферы в машине на сорок децибел, истерящие дети и матери-наседки с дамскими сигаретками в напомаженных ротика, и я-крем-от-солнца-дома-забыла". А на классическую, нормальную рыбалку с донками, червями, опарышем, палаткой, туристическими ковриками-пенками, спальниками, рюкзаком, садком и другими приблудами, включая несколько бутылок водки. Если ночью холодно станет, а карась клюёт. И, конечно же, с очередным парнем, который всё это добро потащит. Как же иначе? Иначе и быть не может.
В свои двадцать пять лет Маша Соколова была круглой сиротой, обладательницей трёхкомнатной квартиры по линии метро, ярко рыжих волос и трёх бывших мужей. Наивные мальчики на что-то надеялись, однако через пол года совместной жизни натыкались на полное нежелание Маши их прописывать и куда-то успешно и резко исчезали. Маше приходилось разводиться через суд и она так же наивно думала, что над ней тяготеет какое-то очень хитрое проклятие. Что-то типа венца безбрачия, чёрной вдовы и нестоячки в одном флаконе, смешать, но не взбалтывать, и с точностью до наоборот. Мужья-то были, но все убежали.
