60 – Гуй Хай. Служащая ВОДА, она называется ВОДОЙ большого моря, все реки. Ведь в ней и ветвь, и ствол соотносятся с ВОДОЙ. Она не любит появления любой другой ВОДЫ. Даже и Воде знака Жэнь Чэнь, которая находится в укрытии, она не способна противостоять. Она не боится никакой ЗЕМЛИ. А если встречается ситуация смерти и исчезновения, то это сулит счастье. Когда есть усиление и расцвет, ВОДА разливается повсюду, и ей негде собраться.
Символ дао – символ всеобщего закона Вселенной… Белая точка на черной половине и черная на белой – признаки непременного взаимопроникновения неотделимых друг от друга космических сил:
Сегодня мы гордимся современной наукой, ее достижениями, открытиями. Но, если вдуматься, не в частностях ли она преуспела? Разве главные, вселенских масштабов открытия и поистине жизненно важные изобретения не были сделаны много раньше?
Без приборов и лабораторий, не располагая и крошечной долей тех знаний, какими располагаем мы, наши далекие предки безошибочно формулировали всеобщие законы, краеугольные физические и математические понятия, снисходительно именуемые теперь элементарными.
Да, они многое знали и во многом предвосхитили нас.
Три-четыре тысячи лет назад все было яснее и недвусмысленнее, хотя все представления о мире поверялись одновременно двумя пробными камнями, вечно враждующими и навеки неразделимыми, – добром и злом. Из этого гораздо позднее мы идеалистически решили, будто их можно только противопоставлять, а древние рассуждали иначе: не «или-или», а «и-и»; не свет или тьма, а и свет и тьма; не постоянство или перемены, а и постоянства и перемены.
«И Цзин» – китайская классическая «Книга Перемен» – бережно пронесена сквозь десятки веков.
Хроники свидетельствуют, что первый, фундаментальный слой ее текста существовал в законченном виде и был достаточно широко распространен уже в VIII–VII веках до нашей эры, создание же его началось значительно раньше.
«Книга Перемен», – писал один из наиболее авторитетных советских исследователей-ицзинистов доктор филологических наук Ю. К. Шуцкий, – имеет все права на первое место в китайской классической литературе – так велико ее значение в развитии духовной культуры Китая. Она оказывала свое влияние в самых разных областях: и в философии, и в математике, и в политике, и в стратегии, и в теории живописи и музыки, и в самом искусстве…»
Многие считают, что мифы – это плод человеческой фантазии, не имеющий ничего общего с действительностью. Это глубокое заблуждение.
Юань Кэ.
Мифы древнего Китая.
В древнекитайской мифологии, как, впрочем, и в любой другой, немало загадочных персонажей, чье реальное существование трудно подтвердить достоверными историческими документами. Причем проблема эта стала значительно сложнее, «благодаря» целенаправленным усилиям выдающегося мыслителя древнего Китая Кун-цзы, известного в европейской литературе под именем Конфуций (551–479 гг. до н. э.), а также его учеников. Стремясь привести мифологические предания в соответствие с догматами своего учения, конфуцианцы отбрасывали в них все сверхъестественное, «божественное» и находили или изобретали рациональное объяснение любому событию или явлению. Таким образом, мифы становились частью традиционной истории.
Не избежал конфуцианской историзации и легендарный правитель Фу Си, пребывавший у власти, как принято считать, с 2852 до 2737 г. до нашей эры. Именно Фу Си все известные источники приписывают изобретение так называемых
