Нужные слова полностью

Тема: «Одиночество в наушниках» или «Все дома»

Название: Сестричка или Нужные слова

Небольшие капельки дождя барабанили по зановешанному шторами окну. Слышались тихие раскаты приближавшейся грозы. Из приоткрытой форточки дул холодный порывистый летний ветер. На часах было без пяти два часа дня, но судя по сумеркам, наступившим в комнате с началом грозы, можно было подумать, что уже далеко за полночь. В комнате перестала работать люстра, видимо пробки вышибло, или где-то поблизости оборвало провод. Пришлось сидеть в потёмках. Дома никого не было. Мама с сестрой на работе, дедушка с бабушкой ещё с утра воскресенья переехали жить на дачу, на летний сезон. Я тоже хотела поехать с ними, но подготовка к поступлению в балетную школу обязала меня остаться в чертогах города, в этой ужасношипящей коробке мадагаскарских тараканов и назойливо жужжащих мух, которые так и норовят залезть в какое-нибудь гнильцо.

Я сидела в комнате одна, смотря за тем, как порывы ветра раздувают занавески, шурша ими по полу, и думала о предстоящем вступительном конкурсе, о книжке заброшенной дедушкой на самую высокую полку антресоли (не знаю, зачем именно он еë туда положил, но явно хотел спрятать от посторонних глаз и рук), о старых учебниках моей сестры, лежащих аккуратной стопкой в дальнем краю еë рабочего стола, на котором помимо этого ещё лежало несколько сотен "очень важных документов", пара разноплановых ручек и карандашей, – в общем, обо всëм и сразу. Я устроилась поудобней на нашем мягоньком жёлтом диване, которые казался в таких сумерках синим. Рядышком "уселся" мой Патапыч (белый мишка в синеньком жилете и жëлтых ботиночках, связанных моей бабушкой). Мой взгляд задумчиво и бесцельно проскользил по всей комнате, принадлежащей мой сестре. Я часто приходила сюда, когда оставалась одна дома, тут как-то спокойней. Белые стены, завешанные еë студенческими и школьными рисунками и рабочими проектами, этот милый сердцу жëлтый диванчик, которые почти каждый вечер превращался в кровать, и тумбочка, на которой стояла ваза со свежим букетом сирени – каждая вещь что-то говорила о хозяйке этой комнаты, а в минуты тоски напоминало мне о любимой сестрëнке. Она только этим летом вернулась с заграничной учëбы и привезла с собой, помимо сувениров и подарков, сильный иностранный акцент в свой идеальный русский язык. Когда, наконец, вернувшись домой, сестричка обнаружила, что мы теперь с ней будем жить в соседних комнатах, она была несказанно рада данному обстоятельству. Я ни раз оставалась ночевать в еë комнатке-мастерской, на закате там всегда царила особенно уютная атмосфера, какую умеют создавать своим творчеством и самим собой только творческие люди. Это было счастливое время, но неделю назад сестре поступил очень крупный и важный заказ и ей пришлось уехать, а вчера вечером, когда мы созванивались с ней по телефону, она сказала, что ей придëтся там ещё задержаться, а в скором времени, возможно, и вновь уехать из страны на неопределённый срок.

Я сидела на диванчике в еë комнате, рядышком Патапыч и записная книжка в тëмно-зелëной обложке, заложенная на последней странице, где были записаны номера телефонов всех последних заказчиков сестры.

Мой глаза по-новому, с ещё большей грустью обогнули мастерскую, зацепившись на этот раз за розовый плеер, мирно лежащий на пуфике возле стола. Я взяла его и вернулась на место. Плеер был скорее бордовый, чем розовый, с маленьким экранчиком и парой кнопок. Песен там тоже было не много. Как называла его сестра: " Походная музыкальная необходимость". На нëм хранились лишь еë самые любимые треки и те, которые мы любили слушать вместе. Lady Gaga и Bradley Cooper – Shallow (Звезда родилась) – наша любимая композиция. Как только я включила её, счастливые воспоминания нахлынули рекой, вспомнились радостные летние месяца, проведëнные с прибывшей любимой сестрой, и как мама с папой, когда я была ещё совсем маленькой, весело вальсировали на кухне, на даче, как мы с бабушкой лепили пироги и вареники, а с дедушкой ходили по грибы… Я будто перенеслась из нашей серой, по-злому мрачной сегодня квартиры в счастливое, беззаботное детство, я смотрела на плотные тëмные шторы, но видела не их, а наш дачный участок, наш фруктовый сад, дядю Сашу и дядю Сергея – сторожей конюшни и местного магазинчика, где мы с соседскими ребятишками часто проводили время, бескрайние луга и пастбища коров… Так радостно, но в тоже время грустно стало на душе. Сама того сразу не заметя, слëзы стали накатываться на глаза, а затем, словно те капли дождя, барабанившие сейчас по стеклу, скатывались по моим щекам на рубашку. Я просидела так неведомое мне время, может пару минут, а может и пару часов.

…