Старый «шевроле бел-эйр» Ленни Партриджа подъехал к «Нужным вещам» в начале пятого, и из него выбрался «герой дня». Ширинка у Хью по-прежнему была расстегнута, лисий хвост так и болтался на шее. Он прошел к магазину, шлепая босыми ногами по горячему асфальту, и открыл дверь. Над дверью звякнул серебряный колокольчик.
Его не видел никто, кроме Чарли Фортина, который стоял в дверях «Западных автоперевозок» и курил одну из своих вонючих самокруток.
— Старый Хью окончательно свихнулся, — заметил Чарли, не обращаясь ни к кому конкретно.
Мистер Гонт встретил Хью с милой, выжидающей улыбкой… как будто босые и голопузые мужики с полусгнившими лисьими хвостами на шее заходят к нему в магазин каждый день. Он сделал отметку в списке, что лежал рядом с кассовым аппаратом. Последнюю отметку.
— У меня проблема, — сказал Хью мистеру Гонту. Его глаза вертелись в глазницах, как бильярдные шары. — И теперь очень серьезная.
— Я знаю, — сказал мистер Гонт.
— Я подумал, что мне надо прийти сюда, к вам. Не знаю… Вы мне приснились. Я… Я не знаю, куда мне еще идти.
— Вы пришли, куда нужно, Хью.
— Он порезал мне шины, — прошептал Хью. — Бофорт, это дерьмо, хозяин «Подвыпившего тигра». И оставил записку «Хьюберт, ты знаешь, что будет в следующий раз». Я знаю, про что он. Уж поверьте, я знаю. — Он погладил рукой клочковатый мех у себя на шее, и по его лицу разлилось благоговение. Оно бы смотрелось дебильным, если бы не было таким искренним. — Мой хороший, любимый хвост.
— Может, вам стоило бы им заняться? — задумчиво предположил мистер Гонт. — Пока
— Да! Да! Именно этого я и хочу!
— Тогда мне есть что вам предложить. — Мистер Гонт нагнулся, пошарил под стойкой и достал автоматический пистолет. Он подвинул пистолет к краю стеклянного прилавка. — Полная обойма.
Хью взял его в руки. Его растерянность тут же исчезла, стоило ему лишь ощутить тяжесть оружия в руках. Пистолет слегка пах оружейным маслом.
— Я… я бумажник оставил дома.
— Ну, об этом можно не волноваться, — сказал мистер Гонт. — Мы в «Нужных вещах» страхуем проданный товар. — Его лицо неожиданно ожесточилось. Зубы обнажились в хищном оскале, и глаза засверкали. — Достань его! — закричал Гонт низким, хриплым голосом. — Достань ублюдка, который хочет испортить то, что принадлежит тебе! Покажи ему, Хью! Защити себя! Защити свою
Хью заулыбался:
— Спасибо, мистер Гонт. Большое спасибо.
— Не за что, — сказал мистер Гонт, молниеносно возвращаясь к своей обычной манере разговора, но колокольчик над дверью уже сообщил, что Хью вышел из магазина, на ходу запихивая пистолет за пояс.
Мистер Гонт встал у окна, наблюдая, как Хью садится за баранку старого «шевроле» и выруливает на улицу. Грузовик с эмблемой «Будвайзера», медленно кативший по мостовой, резко загудел и вильнул, чтобы избежать столкновения.
— Покажи ему, Хью, — прошептал мистер Гонт. Его волосы и уши дымились; клубы дыма потолще вырвались из ноздрей и изо рта между испорченными зубами. — Покажи всем, кого встретишь. Вечеринка началась, парниша.
Мистер Гонт запрокинул голову и громко захохотал.
8
Джон Лапуант поспешил к боковой двери полицейского управления, выходившей к парковке. Он был возбужден и взволнован. Надо же, вооружен и опасен. Не так уж часто приходится арестовывать вооруженного и опасного подозреваемого. И уж точно — не в таком сонном городишке, как Касл-Рок. Он уже забыл и про свой пропавший бумажник (сейчас ему было не до того), и про Салли Рэтклифф.
Он потянулся к дверной ручке, но тут дверь открыли с другой стороны. Джон столкнулся нос к носу с двумя с лишним сотнями фунтов разъяренного тренера по физкультуре.
— Ты-то мне и нужен, — сказал Лестер Пратт своим новым бархатным голосом и достал из кармана черный кожаный бумажник. — Ты ничего не потерял, тупой двуличный игрок, безбожный сукин сын?
Джон не понял, что тут делает Лестер Пратт и как у него оказался его бумажник. Зато он понимал другое: Клат ждет подмоги, и ему надо немедленно ехать.
— Не знаю, чего ты хочешь, Лестер, но мы потом с тобой поговорим, — сказал Джон, потянувшись за бумажником. Лестер отвел руку назад, а потом замахнулся и с силой ударил Джона в лицо, скорее удивив его, чем разозлив.
— А я не хочу
Шейла Брайхем, раскрыв рот, наблюдала за этим невиданным зрелищем из будки диспетчера.
Джон поднялся. Он был потрясен и растерян, не в силах понять, что происходит и почему.