– А также мне нужен шофер, – перебил мистер Гонт. – Единственный навык, которым вы овладели в совершенстве, как мне кажется, это крутить баранку. Вашим первым заданием, Туз, будет съездить в Бостон. Там в гараже стоит мой автомобиль. Вы наверняка будете удивлены – это «такер».
– «Такер»? – Туз даже забыл, что приехал сюда вовсе не для того, чтобы работать грузчиком или шофером. – Неужели такой, как в том фильме?
– Не совсем. – Мистер Гонт подошел к прилавку, где стоял его старомодный кассовый аппарат, достал из кармана ключ и открыл ящик. Оттуда он извлек два небольших конверта. Один из них положил на прилавок. Другой протянул Тузу. – Он некоторым образом усовершенствован. Вот ключи.
– Но минутку, послушайте, я все-таки…
Цвет глаз у мистера Гонта был трудно определим, но когда эти глаза посмотрели на него в упор, потемнели, а потом сверкнули, у Туза ноги стали словно ватные.
– Ты в ловушке, Туз, но если не перестанешь закапывать голову в песок, как страус, боюсь, я потеряю к тебе интерес, а вместе с ним желание помочь выпутаться. Помощников найдется уйма, только свистни. Мне уже приходилось их нанимать. Сотнями, тысячами, можешь поверить. Так что прекрати валять дурака и бери ключи.
Туз протянул руку за конвертом и, как только его пальцы случайно коснулись пальцев Гонта, в голове снова произошел взрыв. Он застонал.
– Ты отведешь свою машину по адресу, который я укажу, – продолжал Гонт, – и поставишь туда, где теперь стоит моя машина. Думаю, что к полуночи обернешься. А скорее всего, и раньше. Моя машина помощнее, чем кажется.
Мистер Гонт улыбнулся, обнажив желтые кривые зубы. Туз снова попытался возразить:
– Послушайте, мистер…
– Гонт.
Туз кивнул, но так неестественно, как будто голова его принадлежала марионетке, управляемой неумелым кукловодом.
– При иных обстоятельствах я бы не отказался поработать на вас. Вы человек… занятный. – Он понимал, что слово нашел неверное, но зато единственное, которое в это момент смог произнести заплетающимся языком. Вы правы, я в ловушке и если в ближайшие две недели не найду большие бабки…
– А как же книга? – прервал его мистер Гонт. – Разве не ради нее ты сюда заглянул?
– Во всяком случае не ради этой…
Туз вдруг понял, что до сих пор держит книгу в руках, и снова взглянул на обложку. Картинка не изменилась, но название и автор оказались именно теми, которые привлекли его внимание в витрине. «Старинные клады Новой Англии». Реджинальд Мерилл.
– Что это? – глухо, полузадушенным голосом произнес Туз. И сразу все понял. Он вовсе не в Касл Рок, он все еще в Микэник Фоллз, лежит на своей грязной постели и все это ему снится.
– Как что? Книга, как мне кажется. А разве твоего покойного дядюшку звали не Реджинальд Мерилл? Какое совпадение!
– Мой дядя за всю свою жизнь не писал ничего, кроме расписок и счетов, – сообщил Туз все тем же глухим голосом спящего. Он поднял глаза на Гонта и обнаружил, что не в силах отвести взгляд. Глаза хозяина магазина постоянно меняли цвет. Синие… серые… желтые… карие… черные.
– Ну что ж, может быть, ты и прав, – согласился Гонт. – Будем считать, что имя автора этой книги – псевдоним, а книгу написал я сам.
– Вы?
Мистер Гонт подпер пальцами подбородок:
– Ее и книгой назвать трудно. И все, чем я здесь торгую, едва ли можно назвать вещами. Во всяком случае, мне они таковыми не кажутся. Это серые безликие предметы, обладающие лишь одним незаменимым качеством способностью принимать облик тех вещей, о которых мечтают иные покупатели мужского и женского пола. – Он помолчал и задумчиво добавил. – Скорее всего, они сами по себе – мечта.
– Я ничего не понимаю.
Мистер Гонт улыбнулся.
– Знаю. Но это не имеет значения. Если бы ваш дядюшка и в самом деле написал книгу, то разве не могла она рассказывать о старинных кладах?
Кладах, погребенных глубоко в земле или надежно спрятанных в карманах соотечественников. Разве не этот предмет интересовал его больше всего в жизни?
– Да уж, денежки он любил, – мрачно подтвердил Туз.
– Так что же с ними случилось? – воскликнул мистер Гонт. – Неужели он не оставил их тебе? Не может этого быть – ведь ты единственный его родственник из оставшихся в живых.
– Ни гроша не подбросил! – закричал в ответ возмущенный Туз. – Любой в городе скажет, что старая свинья за всю жизнь не истратила ни одного заработанного цента, а когда он умер, на банковском счету оказалось меньше четырех тысяч долларов. Они пошли на его похороны и на то, чтобы выгрести развалины, которые он оставил после себя. А когда открыли его депозитный сейф, знаете, что там нашли?
– Да, – сказал мистер Гонт. Губы его не улыбались, лицо выражало сочувствие, но глаза смеялись. – Облигации. Шесть пачек простых и четырнадцать Золотого займа.
– Точно, – подтвердил Туз. Он со злостью смотрел на обложку книги.
Внутреннее беспокойство и ощущение, что все происходит во сне, на некоторое время уступили место раздражению и гневу. – И представьте! Эти облигации уже нельзя обналичить. Компания, которая их выдавала, давно ликвидирована.
