главным было понятие «народ». Чтобы легче было осуществлять господство над массами,
миллионы людей должны были унифицироваться под стандарт «нормального человека».
Для
242
осуществления этого тоталитарного требования предусматривались различные пути и
возможности. Одним из таких было «дисциплинирование тела».
Национал-социализм разделял весь мир на «хороший» и «плохой», «ценный» и
«низкокачественный» генетический материал, на законопослушных граждан и персон,
являвшихся бельмом на глазу нацистского государства. «Хороший» материл должен был
отбираться и подвергаться селекции. В качестве вознаграждения таковым обещался
социальный рай: финансовая стабильность, поездки в отпуск на «Фольксвагене»,
полученном по программе «Сила через радость», современный четырехкомнатный дом
или квартира. «Плохой» материал подлежал «искоренению». Этих людей попросту
уничтожали.
«Экспроприация тела» была подготовлена и проведена при помощи расистской идеологии
национал-социализма. Когда чистота и преобладание «арийской расы» были поставлены в
центр нового видения мира, а государство стало лишь инструментом осуществления воли
этой расы, то о каких-то отдельных личностях не шло и речи. Каждое отдельное тело и его
сексуальность должны были послушно стоять на службе режима. Но и этого было мало:
нацистские медики и идеологи устанавливали, кто посредством своих половых сношений
служил арийской расе, а кто — нет.
Насильственной стерилизации подлежало около 400 тысяч человек: «сексуальные
уклонисты», «извращенцы», «падшие юноши», вообще все те, кто не собирался
безоговорочно подчиняться коричневому государству. Тоталитарное государство решило
воздействовать на своих подопечных через самый уязвимый и восприимчивый участок —
половую жизнь.
В момент захвата власти нацисты еще не располагали полнотой знаний, которые смогли
бы поставить
243
им на службу плодородие миллионов людей. Пока на улицах бесчинствовали
штурмовики, не было и необходимости в программе эффективной и малозатратной
стерилизации. Но по мере появления новых концентрационных лагерей у нацистов
появилось фактически неограниченное поле деятельности. Именно там, за колючей
проволокой, они спрятали от «добропорядочных граждан» свои экспериментальные
программы. Здесь самыми варварскими методами шли медицинские эксперименты,
призванные «социально дисциплинировать» немцев. В распоряжении нацистских врачей
оказалась рентгеновская стерилизация, поточные аборты, опыты по воздействию фор-
малина и нитрата серебра на матку и яичники женщин.
В тридцатые годы женщины уже не могли сближаться с мужчинами, которые им
нравились. Мужчины не могли спать с женщинами, которых они любили. В Лондоне и
Париже, в США в вопросах половых отношений все еще господствовала щепетильность
XIX века. Но лишь одно государство, Третий рейх, задался задачей не просто подбирать
подходящих партнеров, а фактически проводить человеческую селекцию. Тоталитарное
государство не оставило в немецких кроватях места для секса, который являлся
следствием взаимного влечения двух людей. Немцы должны были безоговорочно
превратить свою интимную жизнь в политическую акцию, орудие для достижения
высших государственных целей. Немецкие тела подлежали унификации так же, как
политические и общественные организации, органы власти и предприятия.
Коричневые властители разделяли граждан Германии на «хороших» и «плохих». Тех, кто
должен был произвести потомство, и тех, кому размножение, безусловно, запрещалось.
Рождаемость у «хорошего» ма-
244
териала должна была подниматься при помощи борьбы с абортами, предоставления
банковских кредитов, бюджетных пособий на детей и налоговых льгот. «Плохому»
материалу предписывались запреты на заключение брака, стерилизация и убийство.
Борьба за повышение рождаемости и запрет на производство на свет потомства шли в
Третьем рейхе рука об руку. Коричневое государство овладело сексуальностью и телами
своих граждан, контролировало их, нейтрализовало или использовало их по собственному
усмотрению. Интерес нацистских бонз к сексуальности немцев вытекал из
человеконенавистнической идеологии, корни которой восходили к 1859 году, когда
увидела свет работа Чарлза Дарвина «Происхождение видов».
Английский натуралист исходил из того, что в вечной борьбе за существование выживали
только те разновидности, которые лучше всего соответствовали настоящим условиям
жизни и существования. Таким образом, в Арктике, например, постепенно вымрут
коричневые и серые зайцы, так как они быстрее бросаются в глаза белому медведю,
нежели их более светлые собратья. Естественный отбор и мутации построили цепочку из
различных видов, во главе которой стоит человек. Теория Дарвина открыла английским
фермерам викторианской эпохи возможность содействовать развитию своих домашних
животных, позволяя размножаться только тем особям, у которых было ярко выражено
определенное желаемое свойство.
В XX веке национал-социализм узурпировал теорию Дарвина и дополнил ее
представлением о том, что человек не может беспрепятственно управляться природой. Так