Гиль по Фасмеру, однокоренное с «гул». Волошин умолял Брюсо- ва, чтобы фамилию Rdne Ghil в «Весах» транскрибировали «Гхиль»
или «Гить», Брюсов отвечал: успокойтесь, мы оставим ее по-
французски. А. Ло Гатто-Мавер спрашивала: «А у вас еще
говорят о глупостях: гниль несешь? моя мать говорила».
Гортанный А. А Зализняк писал, что всякий незнакомый язык описывается как
гортанный. Так римляне всех варваров считали белокурыми и
синеглазыми, даже цейлонцев (В. Кролль).
Григорианский — его ввел тот папа Григорий, который служил благодар- календарь
ственную мессу после Варфоломеевской ночи. Монтень сказал о новом календаре: «У
меня украли десять рабочих дней».
Гиппопотам Из потомства Готье — Гумилева («Гиппопотам с огромным брюхом
Лежит в яванских тростниках...») — наш ответ Элиоту: Да! Мы душой
гиппопотамы. Нам утрю, вечер — два крыла.
Недаром демонов упрямых На свет
земля произвела.
391
З А П И С И и в ы п и с к и
Ср. далее:
Сродни лежанкам и полатям, Мы сброд
бесстрашный и лихой. Полено красное
мы схватим Вот этой голою рукой...
ит. д.
Даже «Если бы Христос пришел сегодня, его бы даже не распяли» (Карлейль).
Дамаск Путь в Д: «Там газ и отопление, там все на свете, там свет блеснет в твои
глаза, и ты будешь таким, как сумеешь» (Зощенко, 3, 390).
Дата Улица Кузнецкая была официально переименована в ул. 1 б ч. 5 м. 22
января 1924 г, но ее никто так не называл и не писал, поэтому ее
переименовали обратно в //овокузнецкую — ср. как в ул. Калинина
переименовали не «Коминтерновскую», а «бывшую Воздвиженку» (Г.
Лесскис). — «Улица 1 Мая, угол 8 марта». «Я вас не число
спрашиваю. Я адрес» («Комедия с убийством»). В Москве есть две
улицы 8 Марта и одна 4-я улица 8 Марта. — Адрес К. Циолковского
был: Калуга, ул. Брута (бывш. Коровинская), д 81.
Дар Дарительная формула Эразма: не книга красит место, а место книгу.
Дарвинизм Лев Толстой о нем: «Не сразу видно, что глупый, потому что кудрявый»
(54, 51).
Дать Не «бери, что дают», а «делай, что дают».
Дайджесты мировой литературы: их стали ругать раньше, чем издавать.
♦А вы читали мировую литературу — конечно, в натуралыгую
величину, — но, вероятно, по большей части в переводах? А помните, Тарле сказал: читать Мопассана в переводах это все равно что читать
«Евгения Онегина» в пересказе Скабичевского»? «А если вы
дорожите испытанными трудностями — как же, я с таким трудом
учился букве ять и читал Бальзака! — то Винокур говорил, что для
такой тяжелой атлетики мозга гораздо лучше алеутский язык».
До Мое дело — додумывать чужие мысли; но ведь в этом и состоит
культура?
392
VII
Доброта Итальянские войны, а потом европейские войны XVI—XVII вв.
были школой равновесия — все на одного, а потом подавленному
помогают, чтобы подавивший не слишком усилился, и т. д.: падающего отнюдь не подталкивают. Политика оказывается
школой добродетели, а совсем не наоборот.
Доброта «О Сократе трудно сказать: он добрый; но хочется сказать: он по-
доброму мыслит. Что это значит? Это как один коллега мне сказал: вам дороже истина, чем собственное мнение».
Доброта Шестов любил Ф. Сологуба (Адамович) и ценил Чехова, поэта
«ничто»: Чехов был ему чем-то вроде доброго Сологуба.
Добродетель «Насильственно привитая добродетель вызывает душевные нарывы»
(Вяч. Иванов М. Альтману, 82).
Добродетель Если к старости все-таки становишься неспособнее к подлости, то это не
природа, а привычка.
Детерминизм «До рождения мы свободны, а выбрав рождение, полезай в кузов
детерминизма» (Вяч. Иванов М. Альтману, 32).
Детерминизм
«По поводу картины мира XX в. с недетерминированностью и пр. — не
преувеличивайте. Попробуйте построить атомную бомбу, веря, что любой электрон
