Б Е Л Ы Е М А Ч Т Ы Н А Р Е Й Д Е
На счёт три он совершенно расслабился. Закрыв глаза, размеренно дыша, мысленно окутав
себя светящимся белым облаком, он начал погружаться в состояние небытия. Мысли покинули его
разум. Еле слышные звуки неземной музыки вызывали причудливые образы. Его наполняла
уверенность, всё будет хорошо.
Вдруг пространство перед ним дрогнуло и уплотнилось. Он увидел себя спускающимся по
винтовой лестнице в подземелье. Непроглядная темнота заставляла двигаться на ощупь.
Прямо от лестницы небольшой переход вёл в глубокий тёмный туннель. Стены туннеля
были гладкими, отделанными хорошо отшлифованными каменными плитами. Под ногами хрустел
песок. Чем дальше он двигался, тем светлее становилось вокруг.
Постепенно предметы начали приобретать более очерченные контуры. Под ногами стали
различаться мелкие камешки. Шаг за шагом он приближался к светящемуся пространству.
Наконец тьма отступила, уступив место яркому белому свету, такому сильному, что невозможно
было смотреть. Он зажмурился. Немного привыкнув, открыл глаза и прямо перед собой увидел
дверь. Массивная, дубовая, обитая искусно вырезанными листами меди, с тяжёлым кольцом
вместо ручки. Уверенность в реальности происходящего, освобождала его от оков страха. Он
стоял перед дверью в состоянии спокойной осознанности, зная, для чего оказался здесь, и что
находится за этой дверью.
Потянул за кольцо, дверь легко поддалась. Решительно перешагнув через порог, он оказался
в иной реальности. Пространство наполнилось необыкновенной, еле угадывавшейся музыкой. Ему
было очень хорошо. Он огляделся: открывшееся пространство перед глазами вибрировало и
дрожало, как расходящиеся круги по воде.
Сосредоточившись на размытом изображении и сфокусировав взгляд, он увидел, что
окружение начинает проясняться. Под ногами ощущалась твёрдая поверхность. Взглянув вниз, он
увидел дощатый пол, выкрашенный краской. Казалось, что пол покачивается и уходит из-под ног.
Тут же взгляд его упал на ноги и скользнул вверх по телу. Чёрные строгие брюки, китель с
двумя рядами золотых пуговиц, эполеты и ворот, расшитый золотым позументом. Фуражка на
голове украшена розетками Георгиевской муаровой ленты. На нём была парадная форма морского
офицера – мичмана!
Он пригляделся к своему окружению. Палуба корабля, команда матросов в парадном
построении. Тёплый ласковый ветер трепал на кормовом флагштоке белый флаг с диагональным
голубым крестом Андрея Первозванного. По стремительным формам, острому форштевню и
четырем трубам, он узнал крейсер «Варяг»!
Слышался шум прибоя и тревожные крики чаек. Он ощутил запах моря. Бросив взгляд
вдаль, увидел простирающуюся до горизонта водную гладь. Он обратил внимание на блёклые, размытые краски.
Море, сливающееся с небом, было почти серым. Среди огромного количества людей, находящихся на причале, взгляд выхватил белое платьице в горошек. Как много было связано с
этим милым образом! Любовь, судьба. Он приблизил к себе изображение. Русые волосы
заплетены в косы и заколоты "корзиночкой", глаза полные слёз.
Сердце заныло от тоски. Теперь он всё вспомнил. Им не суждено больше увидеться в этой
жизни, несмотря на его клятву вернуться. О героической гибели «Варяга» в первом же морском
сражении, она узнает из случайного разговора на рынке, но всю оставшуюся жизнь будет жить
надеждой на его возвращение.
*
*
*
Был чудесный летний день. Сердцу хотелось петь. Из открытого настежь окна доносился
шум приморского города. С набережной из динамиков звучал бархатный голос Георга Отса, поющего о море и судьбе моряка.
Стоя перед зеркалом, она любовалась на своё новое платье. Простота ткани
компенсировалась фасоном. Необыкновенно пышная длинная юбка с облегающим стройную, хрупкую фигуру лифом, который дополнял раскинувшийся по плечам матросский воротник.
Ослепительно белый, искрящийся цвет платья, отделанного синим кантом, подчёркивал синеву её
глаз. Она вся сияла изнутри. Ей не терпелось показаться в нём своим подругам. Мурлыча под нос
модную мелодию, она расчёсывала свои кудри, когда в дверь настойчиво позвонили. Поднявшись
на цыпочки, она заглянула в глазок. На пороге стояла Ирка – задушевная подруга.
"Вот здорово, – подумала она – сейчас что-нибудь придумаем!"
Ирка, восхищённо оглядев её с ног до головы, внесла незначительные коррективы в её
туалет, затем, сделав строгое лицо, бросила критический взгляд и шутливо произнесла:
– Принцесса! Правда, правда!
В ответ на столь щедрый комплимент, Принцесса театрально присела в реверансе и обе
девчонки расхохотались.