Она поднялась, медленно открывая дверь.
– Простите. Я не хотела надолго занимать ванную. – В дверях стоял Трей, его лицо
украшала озорная ухмылка.
Вместо того чтобы выпустить ее, Трей шагнул в ванную, прижимая Рейган к
противоположной стене, закрывая за собой дверь.
– Что он сказал? – спросил Трей. Его речь была немного странной, и она не могла
понять почему. Может, всему виной акустика в ванной?
Она прислонилась к раковине, поглядывая на Трея.
– По моему возвращению в ЛА, они превратят меня в сексуальную куклу.
– И тебя это беспокоит?
Она опустили глаза.
– Я не знаю.
– Если Сэм заставляет тебя делать то, что тебе не хочется, то смело обращайся к
Дару. Он знает, как усмирить Сэма. И если Дар тебя не послушает, то он послушает меня.
Он без предупреждения снял ее футболку. Она не была настроена на секс. По
крайней мере, до того, как Трей не опустил голову, и не обхватил губами ее сосок. Что-то
прохладное касалось ее чувствительного соска пока она не начала стонать, и сжимать его
волосы, прося пощады. Теперь понятно, откуда эта невнятная речь. Он надел для нее
штангу.
– Уверен, что это хорошая идея? – прошептала она.
Он поднял голову, выпуская изо рта ее грудь.
– Подумал тебе нужно небольшое отвлечение.
Рейган была убеждена «отвлечение» - это второе имя Трея. Он опустил голову,
вновь возвращаясь к ее груди, и она наблюдала, как он дразнил сосок серебристым
шариком, расположенным почти на кончике языка.
– Трей, Трей, – пробормотала она. – А какое твое второе имя? – Неожиданно ей
захотелось узнать о нем больше: его любимый цвет; размер обуви, кого он водил на
выпускной бал.
Трей отстранился, широко ей улыбаясь.
– Этого я тебе не скажу. Ты будешь смеяться.
– Не буду. Обещаю. Я хочу все о тебе знать. – Но не столько, чтобы он закончил
свои ласки. Она вцепилась в его волосы двумя руками, притягивая к своей груди. Он
сосал, дразнил нежный сосок, а руки в это время переместились на пояс ее джинсов. О
боже, а как этот шарик будет ощущаться на ее клиторе? Она убрала его руки, и
нетерпеливо расстегнула штаны, рывком спустила их вниз, быстро откидывая ботинки и
штаны в сторону.
Трей усадил ее на холодную столешницу. По ее телу пронеслась сильная дрожь. Он
приступил к неторопливым поцелуям, спускаясь по груди вниз. Его губы, язык, холодный
пирсинг оставляли приятные ощущения на ее коже. Ее живот сжимался, когда он
спускался все ниже, чередуя поцелуи и облизывания.
– Сол, – прошептал он.
– Соул? – она чувствовала внутреннюю связь с Треем. Это было неоспоримо, но
сейчас она не понимала смысл сказанного им.
– Мое второе имя Сол. Как солнце.
Рейган захихикала.
– Я же говорил, ты будешь смеяться. Мой папа был невероятно старомодным, а
мама – дитя цветов. Он выбрал наши с Дарреном ужасные первые имена, а мама –
дурацкие вторые.
– Даррен?
– Дар, – пояснил он.
– О! Но Трей не ужасное имя.
– А вот Терранс – да.
– Нее, тоже неплохое. Тебя, по крайней мере, не назвали в честь двух президентов.
– Если ты скажешь, что твое второе имя Буш, то я буду не в состоянии продолжить.
– Нет, оно хуже, Буша.
– В мире много вещей похуже Буша, – он провел пальцами по небольшому
треугольнику волос на ее лобке.
Она ударила его по руку, сдерживая улыбку.
– Какой же ты пошляк.
– Так скажи мне свое имя, иначе я не смогу сосредоточиться. Я буду слишком занят,
перебирая в голове имена президентов. – Это Кеннеди? Рейган Кеннеди звучит довольно
мило.
– Ох, если бы.
– Тогда Джонсон? Это же хорошо, когда тебя буравят. – Он взглянул на нее и по-
настоящему покраснел. – Конечно если ты любитель сосисок. Кем я не являюсь, а вот ты
напротив.
Она закрыла его рот ладонью.
– Эйзенхауэр.
Трей замер.
– Ты в самом деле думаешь, что я в это поверю? – ее ладошка заглушала его слова.
– Я покажу тебе свое свидетельство о рождении. Мой отец убежденный
республиканец, а маме было плевать, какое имя он выберет. Мы можем больше не
говорить о родителях? Это убивает все настроение.
Она убрала руку с его рта и переместила на макушку, слегка подталкивая его вниз,
сгорая от любопытства узнать, на какие чудеса способно украшение в его языке.
– Рейган Эйзенхауэр Эллиот, я больше никогда не пожалуюсь на свое имя.
– У тебя нет на это причин, Терранс Сол Миллс.
Трея пробила дрожь.
– Раз ты знаешь все мои секреты, то должна остаться со мной навсегда.
Рейган засмеялась, накручивая на палец шелковистые пряди Трея.
– Трей Миллс, да мне и за всю жизнь не узнать всех твоих секретов.
– Это еще одна причина быть со мной. – Его губы коснулись низа живота, и по ее
