Сохранилось видео, снятое на мой первый айфонТетя Маша, на деле не тетя, а сестра деда Романа,моя двоюродная бабка,в розовом халате с выцветшимилеопардовыми пятнами варит рисовую кашу,на старой газете лежат два кирпичика белого хлебаОна варит кашу как полагается:молоко закипает, и в чугунном котелке каша томится вся в желтых масляных пятнахСлышно сливочный запах,Слышно, шкворчит сало на сковороде,будет супНа деле сестра не деда Романа, а деда Рафика.Рафика для удобства звали Романом.Его жена, бабка Валентина, говорила:по-русски Рафик – это Роман,по аналогии с водой, вода на татарском – су.Прозрачная жидкость с химической формулой H2OНа деле не Маша, а Миннегель. Маша по-русски, Миннегель по-татарски.На видео Миннегель стоит в солнечном днекак в янтарном осколке.На голове у нее белый аккуратный тюрбан,похожий на плетеную булку,под тюрбаном спрятаны длинные по колено волосы.Говорит: соседка на днях похвалила, и они полезли клоками.Коричневые сухие руки перебирают чистые чашки.Глаза еще черные, как мокрый каштан, но уже не видят,что на блюдце осталось несколько хлебных крошек,темно-зеленая укропная травкаМиннегель в солнечном утре гремит посудойи говорит: муж бесполезен, только и делает что ест да храпит,но в жизни он нужен любой женщинеНа вопрос зачем отвечает: чтобы в старости было с кем поругатьсяЯ смеюсь на ее слова,она тоже смеется и грозит мне пальцем.Я смеюсь от напряжения и одновременно ощущаю томленье от ее близости здесь,в этой душной кухнеТело Миннегель крепкое, как у поджарой собаки.Она страдает гипертонией, но поднимается в пять утра,чтобы в Ялте продать клубнику и молодой инжирОстрые груди в конусовидных чашках бюстгальтера поднимаются при вдохе.Грушевидное туловище —все это живое и кажется вечным,очень опрятным.Она по-девичьи смущенно заправляет указательным пальцем прядку волос под тюрбан.Яркие глаза наливаются влагой.Ей приятно получить от меня букет хризантем,она кокетничает, освобождая цветы от хрусткой бумаги<p>2</p>Я люблю белые хризантемы.Особенно сорт Карнавал.Тугие лодочки лепестков собраны в богатую шапку, и в сердцевиненежное салатовое пятноТакие цветы я дарила Миннегель,такие цветы я дарила матери.Кстати, дед Рафик тайком отнес мать в ЗАГС и зарегистрировал ее под именем Анжелла.С двумя буквами Лв честь Анджелы ДэвисО чем он думал тогда, называя дочь в честь черной американской феминистки?Я люблю белые хризантемы.Они похожи на всех женщин моей семьи.Тугие, ароматные, острые.Аромат такой спелый, такой тяжелый.Аромат тяжелый, как боль<p>3</p>
