Чего-чего, а подобного вопроса Зубарев никак не ожидал. А ведь он был хорошим, исполнительным работником. И в Спорткомитете пользовался авторитетом. А здесь ему в буквальном смысле пришлось изворачиваться, чтобы не вызвать гнев начальства.
Уже не помню, по какому случаю, однажды я попал на заседание Коллегии Спорткомитета, где основным был вопрос о состоянии футбола в стране. Все уже заняли места, когда, опираясь на палку, дверь отворил Николай Энтин — инвалид войны, заместитель председателя спортобщества «Крылья Советов». Замечу, что на обсуждение важных вопросов обычно приглашались председатели обществ.
Увидев незнакомого человека, Аполлонов с присущей ему прямотой спросил:
— А ты кто такой?
Энтин представился, объяснил, что пришел вместо председателя спортобщества Петрова. Реакцию генерала невозможно было предсказать:
— Пошел вон! Ты мне не нужен.
И когда за растерявшимся Энтиным закрылась дверь, буркнул:
— Ишь, до чего дошли. На заседание по футболу хромых присылают!
Парадоксально, но Аполлонов любил шахматы и неплохо в них разбирался. Вспоминаю, как мы уезжали на международный турнир в Щавно-Здруй. Самолет улетал поздно ночью, и около полуночи шахматисты собрались в помещении Спорткомитета. В те времена из-за привычки Сталина работать по ночам все начальство следовало его примеру. Как обычно, генерал находился у себя в кабинете.
Наша делегация — Керес, Бондаревский, Тайманов, Геллер, Симагин и я, а также Алаторцев — руководитель и Вересов — тренер, получила твердое указание выиграть турнир, а затем Аполлонов предложил Кересу сыграть партийку. Он играл достаточно грамотно, и партия затянулась. Нам уже было необходимо уезжать, а увлеченный игрой генерал не торопился. Пунктуальный Зубарев, не смея вмешаться, просто извелся, пока партия не закончилась. К счастью, в аэропорт мы все-таки успели вовремя.
На старте игра у нас не особенно ладилась. Лидерство захватил венгр Ласло Сабо. И тогда через наше посольство в Польше мы получили краткую, но очень выразительную телеграмму: «Приказываю немедленно усилить игру в турнире. Аполлонов». На следующее утро, часов в восемь, я был разбужен настойчивым стуком в дверь.
— Немедленно вставай! — раздался за дверью голос руководителя делегации. — И выходи на зарядку!
Я правда, с детских лет привык делать зарядку самостоятельно, но приказ есть приказ! И вот, под руководством нашего тренера мастера Вересова мы начали дружно разучивать так называемый «суворовский комплекс» — зарядку, введенную тогда для комсостава в армии. Лишь Володя Симагин категорически отказался принимать участие в этих физических упражнениях. Вместо этого он предложил нашему руководителю начать ходить на игру строем…
Не знаю, что помогло — телеграмма Аполлонова или «суворовский комплекс», но мы подтянулись и в итоге выступили удачно. Пауль Керес стал победителем турнира, остальные советские участники заняли призовые места. Успешно выступил даже пренебрегавший зарядкой Симагин. Через несколько лет наверху, видимо, решили, что генерал навел в спорте порядок. И вернули его в органы безопасности с повышением — он был назначен командующим пограничными войсками страны. Помню, как в автомобиле с охраной он приезжал прощаться в Спорткомитет. А председателем снова стал Романов.
Так уж случилось, что в последний раз мне довелось встретиться с Аполлоновым в середине 60-х годов, когда он уже был на пенсии и председательствовал, видимо по старой памяти, в Федерации тяжелой атлетики Москвы. В Центральном шахматном клубе проходило какое-то их совещание, и во время перерыва, увидев Аполлонова, я пригасил его на чашечку кофе к нам в редакцию журнала, благо она находилась в том же здании.
Как выяснилось из нашего дальнейшего разговора, он продолжал увлекаться шахматами, следил за шахматной жизнью, систематически читал наш журнал и даже решал печатаемые у нас этюды и задачи. Уходя, сказал не без горечи:
— Недавно зашел в Спорткомитет. И там никто меня не узнал!
Аркадия Николаевича Аполлонова давно уже нет в живых, и мне придется выступить в его защиту.
Сочинитель Е. Гик несколько своих баек посвятил Аполлонову. Вот что он поведал в одной из них:
