Детектив вышел из дома и уехал с Рейнолдс-стрит. Дом Данхэма был мрачным еще до пожара. Дом, в котором приходилось сосуществовать двоим несчастным. Дом ссор и перепалок. Инфанте уже доводилось жить в подобном месте, причем дважды. Хотя ладно, на самом деле один раз – со второй женой. Первый его брак до поры до времени был нормальным. Табби была хорошей. Если бы он встретил ее теперь… Но он больше никогда не встретит ее, ту Табби, с которой познакомился двенадцать лет назад в ресторане «Портовая крыса». Она исчезла, уступив место другой женщине, для которой Кевин стал изменщиком и вруном. Они сталкивались иногда на улице – Балтимор был тесен, – и она всегда казалась вежливой и дружелюбной, как и он сам. Они даже смеялись над своим браком, словно это было не более чем поломкой машины на полпути, эдаким забавным приключением. Спустя десять лет они стали относиться к себе молодым снисходительно, смеяться над своими давними ошибками.
Но взгляд Табби теперь изменился, в ее глазах стоял разочарованный блеск. Инфанте отдал бы все на свете, чтобы она еще раз посмотрела на него так же, как при их первой встрече в том ресторане, с неподдельным восхищением и уважением. Но этому больше никогда не бывать.
В одной из брошюр Кевин вычитал, что на острове Святого Саймона есть какая-то крепость, и решил убить время там, пока не откроется «Звездная гавань», бар-ресторан, где когда-то работала Пенелопа Джексон. Инфанте давно привык к разочарованиям, которые преподносила история, – он побывал в Аламо[38], когда ему было всего десять лет. Вот и от форта Фредерика почти ничего не осталось, и детектив просто стоял и смотрел на море сорняков, известное под названием «Кровавый берег», как вдруг у него зазвонил телефон.
– Привет, Нэнси, – снял он трубку.
– Привет, Инфанте. – Кевин знал этот тон. Он понимал Нэнси Портер лучше, чем всех своих бывших жен. Похоже, у нее плохие новости.
– Выкладывай, что случилось.
– Наша новая знакомая решила, что хочет поговорить. Сегодня.
– Я приеду вечером. Она не может подождать?
– Я тоже об этом подумала, но Ленхард утверждает, мы должны завоевать ее расположение. Он собирается отправить меня поговорить с ней. Думаю, он переживает насчет репортеров, да и ее мать уже приезжает. Никто не ожидал, что она вылетит из Мексики так быстро и без лишнего шума. Уж кого-кого, но мать контролировать мы точно не сможем. Она вольна говорить с кем хочет.
– Да уж, если журналисты все пронюхают, нам конец.
Удивительно, как им удавалось так долго не привлекать внимания к этой истории. Скорее всего, просто повезло.
– Черт, ладно. Во сколько наша мамочка прилетает? – спросил Инфанте.
– В десять вечера, сразу после тебя. Так что еще тебе…
– Да брось! Неужели я должен ее встречать? Меня что, за последние двадцать четыре часа успели понизить в должности?
– Сержант посчитал, что будет неплохо, если ее кто-то встретит. Неплохо, ну, и весьма разумно. Мы хотим держать ее в поле зрения, понимаешь?
– Понимаю.
Кевин с раздражением захлопнул крышку телефона и снова уставился на место исторического сражения. Битва на самом деле была не такой уж кровавой. Британские войска дали отпор испанским интервентам в так называемой Войне за ухо Дженкинса. Странное название для войны. Однако сейчас детектив и сам вел бессмысленный бой, блуждая по Джорджии, пока его бывшая напарница выходила на передний план и собиралась ехать на допрос, который должен был проводить он.
Черт побери. Теперь Инфанте ненавидел Брансуик вдвое сильнее.
– Дело в том, что нам очень пригодилась бы ваша помощь.
Честер Уиллоуби услышал голос и даже уловил смысл сказанного, но не смог подобрать подходящих слов для ответа. Он был слишком поражен ее появлением и восхищен одним только ее присутствием. Девушка из прошлого. Уиллоуби понимал, что его отношение к ней слишком предвзято, но не мог воспринимать эту молодую женщину-детектива по-другому. У нее были пышные формы, симпатичные розовые щечки и светлые волосы, выбившиеся из неаккуратно закрепленного пучка. Эдакая мечта Рубенса в двадцать первом веке. Женщины работали в его отделе и раньше. К концу восьмидесятых некоторым даже удалось раскрыть парочку преступлений. Но они определенно не были так красивы, как она.
– Я не спала почти до четырех утра, – искренне сказала детектив по имени Нэнси. – Пыталась во всем разобраться. Но здесь так много всего – вот я и подумала, что вы могли бы помочь мне сосредоточиться на деталях.
