Мне стало дико стыдно, как, наверное, бывает только в детстве, когда мы еще способны искренне раскаиваться в содеянном.
Я написал: «Прости».
Я написал: «Был не прав».
Я написал: «500 желаний – это очень круто! То есть каждый день кто-то получает или делает то, о чем мечтал, может быть, годами, а некоторые и десятилетиями. Это очень круто, Луиза!»
Я написал: «Да, ты права, я в порядке, я просто редкостная сволочь, но я знаю, как все исправить».
И я правда знал, как все исправить, но Луиза сильно обиделась или начала выкобениваться.
«Ой, посмотрите, кто проснулся? Мы вас не разбудили?
Хотя да, чего это я? Я же сама написала. Напросилась, так сказать. Вот дурочка, правда же?
Чего это вообще маленькие девочки пишут таким большим и важным дядечкам?»
«О чем ты? При чем тут важный? Не понимаю».
«…»
«Я искренне прошу прощения. Это некрасиво с моей стороны. Мне немного сорвало башню. Я же не знал, что так получится. Но теперь я вижу, как это некрасиво, так что все в прошлом».
«Ого, по ходу тебе и правда сорвало башню».
«Уже нет. Слышишь? У меня есть для тебя сюрприз».
«Какой?»
«Если я скажу, это уже не будет сюрпризом, ты чего?»
«Не надо мне никаких сюрпризов. Я тебе кто? Дочка что ли?»
«При чем тут дочка? Друзьям что, нельзя делать сюрпризы?»
«Не нужно мне никаких сюрпризов».
«Нет, это хороший. Тебе понравится».
«Не беси меня!»
И опять тишина.
Это мы уже проходили. Старая песня «Не беси меня!». Характер у нее, конечно. И тут снова голос Валеры:
– Илюха, твою мать! Ну ты где? Давай, дыши, дыши, ты слышишь меня?
Слышу, только не могу ответить. С Валерой я, кстати, тоже не общался. Последнее, что знаю, так это то, что Инге удалось забеременеть, и он тут же бросил пить и превратился в примерного семьянина.
Я вышел на балкон, вдохнул жуткий московский воздух, хотя его и воздухом сложно назвать, посмотрел вниз – стоянка и прокат лимузинов. Откуда же браться кислороду в городе, в котором ездят, а по большей части стоят в пробках, больше пяти миллионов автомобилей? Я практически перебрался в Москву, но никак не могу привыкнуть, что здесь просто нечем дышать.
Прокашлявшись, вынул телефон и набрал Валеру:
– Живой?
– А ты? – усмехнулся в трубку товарищ.
– Как слышишь.
– Слышу, вроде нормально, хотя вчера в ухе стреляло, – пошутил Валера. – Че хотел?
– Занят, что ли?
– В больничку едем.
– Инге привет!
Рядом с трубкой раздалось недовольное бурчание.
– Тебе тоже, – перевел товарищ.
– А я сегодня уже был в больничке.
– Илюх, давай перезвоню.
– Подожди, – чуть не заорал я, – объясни, что за фигня? Почему я слышу твой голос?
– Потому что ты позвонил мне, придурок!
– Да я не про это… У меня в голове уже который раз звучит твой голос, призывает очнуться. Я не пойму, что за ерунда.
– Вот и я не пойму, чего ты сейчас от меня хочешь, Илюх. Потом перезвоню, не могу разговаривать, депосы впереди.
И отключился, и не перезвонил. Но уже и так понятно, что он не прояснит ситуацию, наоборот, может только запутать. Скорее всего, действие таблеток. Побочный эффект. Слуховые галлюцинации. Ладно, черт с ним.
Теперь к Луизе.
«Вот кто так делает? А? Придется все раскрыть, а значит, сюрприз уже не будет сюрпризом».
Нет ответа.
«Ок. Играй в молчанку. Только тебе придется дуться на меня в Исландии».
«С чего вдруг?»
Вот и заговорила! Магическое слово «Исландия» работает.
«С того, что мы едем в Исландию».
«На фиг надо? У меня школа».
«Я не договорил. Мы едем смотреть на китов. А, как тебе? По-прежнему дуешься?»
«На каких китов? Ты там точно ку-ку».
«Да это ты ку-ку. Хватить кукситься. Мы едем смотреть на китов. Синих китов. Настоящих китов, а не этих ваших мразей. Кстати, как они?»
«Никак…
Че, серьезно? Прям в Исландию? Они там есть?»
«Прям серьезно.
Прям едем.
Прям в Исландию.
И они там есть.
Прям.
Ты же хотела».
«Хотела.
Блин круто!»
«Не надо уже в школу?»
«Разберусь.
И че, когда едем? Билеты взял уже?»
«Взял. Едем послезавтра. Еще вопросы?»
«Нет. Пойду паковать вещи».
«Вот это другой разговор:)
Ну что, не такой я говнюк, каким казался?»
«Такой. Но иногда можешь им не быть».
Так и увидел, как она расплылась в улыбке, глядя на экран своего айфона, и представила себя в окружении десятка-другого загорелых мускулистых китов. Хотя непонятно, почему загорелых. Киты разве вообще загорают? Ладно, не суть, как говорит Луиза. Главное, что она обрадовалась, а значит, мне действительно удалось все исправить.
И вот мы уже летим в самолете. Луиза смеется и слушает Басту. А еще она купила книгу про китов, читает ее и каждую минуту тычет мне в бок указательным пальцем, показывает картинки и зачитывает целые абзацы. Меня подташнивает, но я держусь.
Мы летим бизнес-классом. Луиза не летает в экономе. Оно и понятно. Я смотрю в иллюминатор и думаю, действительно, почему киты плавают в воде, а не по небу? Было бы намного круче. Летишь себе в самолете, выглядываешь в окошко, а там плывет кит и машет тебе хвостом. Ты ему в ответ, а он раз – и нырнул в облако. Красота. А потом раз, и самолет как метнет в сторону, это уже другой кит решил поиграться. Вот, наверное, и ответ…
Но Луиза прервала мои фантазии очередным тычком:
