– Большое не бери, – инструктировал меня Иваныч, открывая шкафчик с инструментами. – Мы в помещениях будем. Там накоротке придётся драться.
– Вот это подойдёт? – вынул я из стопки полутораметровый кусок арматуры.
– Отлично! Только длинноват. Зажми в тиски. Вот ножовка по металлу. Отрежь себе метр. В самый раз будет. Там ещё есть?
– Есть.
– Тогда и я себе такой же сделаю.
Минут десять работы, и мы обзавелись прекрасным оружием ближнего боя. Я, даже, отыскал изоленту, и мы намотали её на приготовленные куски арматуры, сделав удобные рукоятки, теперь можно и идти. Правда, страшновато, что-то. Но идти надо. Всё же это лучше, чем сидеть сейчас в подсобке и ждать неизвестно чего.
Институт встретил нас трупом женщины в луже крови на полу вестибюля, чавканьем в одном из коридоров, звуком шаркающих шагов на лестнице и шумом драки где-то на втором этаже.
– А весело тут, – проговорил Иваныч, осматриваясь.
– Не скучно, – пытался прогнать я гнетущее ощущение и как-то приободрить себя. – Как пойдём?
– Вон план эвакуации. Посмотри, где лаборатории, а я прикрою тебя пока.
Я подошёл к стене, где в деревянной рамке висел нужный мне план и стал вглядываться в переплетения линий и стрелок. Было страшновато поворачиваться спиной к вестибюлю, хоть я и знал, что сзади стоит Иваныч. Наконец, я разобрался и уверенно ткнул пальцем.
– Нам в этот коридор, а потом – второй поворот направо.
– Лады. Пошли. Я вперёд, а ты – за мной. И назад оглядывайся почаще. Не хватало ещё, чтобы кто-то нам в тыл зашёл.
Ох, тогда мы намахались своими арматурами! Думал, что это самый тяжёлый день в моей жизни. Смотрел на этих зомби, и аж пот прошибал от страха. Это потом выяснилось, что они – не самое страшное явление. Когда мы, позже, приноровились быстро расправляться с ними, появились другие зомбаки, быстрые, сильные и ловкие, способные взять под контроль группы тупых и медлительных особей и управлять ими. Тогда мы и стали называть простых зомби медляками, а быстрых – живчиками. И учёным, которых мы нашли в лабораториях, досталось от Иваныча. Мужик особо не церемонился, а, с ходу, заряжал в челюсть ближайшему, загонял всех в угол пинками, после чего и начинал допрос с пристрастием. Вся эта братия смотрела на нас с чувством страха и растерянности, и совершенно не хотела понять, чего мы от них хотим.
А потом к парадному подъезду НИИ подлетела, шибанув несколько зомбаков, Тойота, и в институт заскочил с двустволкой наперевес директор института Олег Сергеевич Кухарев. Впрочем, много пострелять ему не дали. Иваныч быстро разоружил раздухарившегося чиновника и, буквально, швырнул его на лабораторный стул.
– Поговорим? – хищно оскалился бывший десантник.
– О чём, – вытирая пот со лба, поинтересовался Олег Сергеевич. – И кто вы такие, наконец?
– Народное ополчение. И народный суд вдобавок. А ну, говори, что вы тут намудрили?
– Что вы имеете в виду?
– А ты никаких изменений вокруг не заметил?
– Так, вы считаете, что это мы натворили?
– А кто же ещё? Это же вы свои опыты на морских свинках и белых мышах ставите. Теперь, что, на людях решили?
– То, что происходит сейчас, несомненно, имеет искусственное происхождение. Что-то вирусное, точно. Но, поверьте, наш институт к этому не имеет никакого отношения. И вообще, посмотрите сюда.
Кухарев извлёк из кармана пиджака смартфон и включил Ютуб-канал. На экране замелькали искажённые ужасом лица, узнаваемые силуэты зомби, всполохи мигалок полицейских машин и скорых и крики ужаса, вырвавшиеся в относительную тишину лаборатории.
– А теперь, вот, – включился новый ролик. – И вот.
– Что это?
– Это выложили очевидцы. Такое происходит по всей планете. Вот запись из Берлина, вот – Йоханнесбург, вот – Майами. Всё это началось ночью. Неужели вы ничего не слышали?
– Нет, – я почувствовал себя глупо.
Действительно. Я же слышал звуки сирен, какие-то крики, но связал всё это с ночным клубом, что расположен неподалёку. Там часто, то драки, то разборки, то веселье с салютами. И на пробежку выскочил без сотового. Ладно, я один живу. А Иваныч? У него семья. Вон, тоже про телефон вспомнил. Карман лапает, а найти не может. Забыл, что потерял его.
– Связь есть? – наконец, обратился он к директору.
– Пока, есть. Но, боюсь, это ненадолго. Мир катится под откос.
– Дайте позвонить, – похоже, он поверил Кухареву. На «Вы» перешёл.
– Держите. Только быстро, а то там единиц уже мало осталось. Я всё утро своих сотрудников вызванивал.
– Зачем, – Иваныч сосредоточенно набирал по памяти номер.
– А как иначе? У меня работают знающие специалисты. Среди них есть очень талантливые учёные. В такой ситуации будет преступлением не собрать их вместе и, обеспечив им безопасность, попытаться найти способ противодействия вирусу.
– И где ваша безопасность? – поинтересовался я, наблюдая, как Иваныч выходит с телефоном из помещения.
– В НИИ есть охрана. Трупов их я не видел. Значит, могу предположить, что они где-то на этажах.
– На втором я слышал звуки драки.
– Может, и они.
– Мои дома, – вошёл в лабораторию бывший десантник. – Мне к ним надо.
