О чем плачет дождь полностью

Если спросить случайного прохожего на улицах Айкера, что у него ассоциируется с морской романтикой, он наверняка назовет паруса кораблей на горизонте, тихий шелест волн, набегающих на берег, и чаек. Обязательно стройные силуэты чаек на голубом небесном полотне. И этот случайный человек даже не подумает, насколько эта птица далека от романтики.

Скрежет когтей по металлу заставил вздрогнуть и скосить глаза вправо. Крупная неуклюжая чайка попыталась устроиться на оконном отливе, но лапы съехали с тем самым противным звуком, который пробирает аж до костей. Потерпев неудачу, птица вскрикнула и сорвалась в полет. Издалека ей вторили такие же пронзительные вопли подруг.

Я тихонько вздохнула, ежась. Но мужчина, сидевший за столом и изучавший мои документы, на посторонние звуки даже не реагировал. То ли привык, то ли в принципе мог похвастаться крепкими нервами. Не то, что я.

Моя взгляд снова заскользил по кабинету. Большие окна, за которыми то и дело мелькали белые крылья. Массивный шкаф с наглухо закрытыми дверцами. Карты побережья разных масштабов на стене напротив окон. И большое знамя военно-морского флота за спиной у человека, который… ну, не то чтобы решал мою судьбу сейчас, но мог очень серьезно ее изменить.

– Итак, ведьма Линнея Ормонд, – пробормотал он, на секунду отрываясь от бумаг, чтобы посмотреть на меня. – Двадцать один год.

– Все верно, – кивнула я.

– Хм...

Он снова вчитался в строки моего рекомендательного письма. Я сцепила пальцы, чтобы не нервничать слишком сильно. Хотя волнение никуда не делось. Маг и капитан первого ранга Итан Барлент немного пугал. Крепкий, с темными волосами, чуть разбавленными сединой, и цепким взглядом, он выглядел очень серьезным человеком. И мне было нужно произвести на него хорошее впечатление. Ведь он – командир военно-морской базы Морбран, куда мне взбрело в голову устраиваться на работу.

Сейчас, сидя на жестком стуле, я понимаю, насколько неожиданным был мой приход. Караульный на пропускном пункте три раза перепросил мое имя и цель визита, словно не верил, что я пришла сюда по серьезной причине. Потом пришлось ждать, пока он узнавал, примут ли меня, но и итоге на территорию меня пропустили и сопроводили в комендатуру. Где адъютант командира тоже несколько раз уточнил, зачем явилась, прежде чем отправить к своему начальнику. Зато мне удалось пройти и его, и теперь остался последний рубеж. Самый сложный и серьезный.

– Откуда вы узнали о том, что в Морбране требуется зельевар?

– От главного целителя своего госпиталя. Он сказал, что в Морбран ищут зельевара со специализацией на лечебных зельях. И эта вакансия вольная, значит, пробоваться на нее может кто угодно.

– Вы молоды, – проговорил Барлент задумчиво.

– Это совсем не влияет на мои профессиональные качества, – постаралась ответить как можно более строго. Потому что для многих молодая ведьма – образец легкомыслия.

– Вижу, рекомендации у вас весьма и весьма... – заметил капитан.

– Я три года работала на полную ставку в Центральном госпитале Айкера. Занималась диагностикой и лечением, готовила зелья и иногда ассистировала на операциях.

– Это похвально. И почему же вы решили сменить столицу на Моранген?

– Подумала, что пора попробовать нечто новое, – сказала я почти спокойно. Ведь это даже и не ложь. Мне и правда захотелось изменить свою жизнь.

– Радикально, – отметил Барлент. – Вы приехали сюда одна?

– Да. У меня нет ни супруга, ни детей. Я указала все в опроснике.

– Хм...

Капитан отложил письмо. Глянул в анкету, которую я заполнила у адъютанта. Потом наконец поднял глаза на меня.

– Признаться честно, меня удивил ваш визит, ведьма Ормонд. В армии ведьмы, даже вольнонаемные, встречаются редко.

– Из каждого правила бывают исключения, – озвучила я известную истину.

– Пожалуй. Однако мы же с вами понимаем, почему так происходит. Армия – это строгая субординация, подчинение приказам и режим. То есть все то, что так претит ведьмам.

– Да, я знаю. Но готова принять эти ограничения и следовать им, как положено.

– Правда? – усмехнулся в короткие усы капитан Барлент. – И даже носить обязательную военную форму?

Я рефлекторно поправила подол нежно-голубой юбки и кивнула:

– Да.

Еще один пристальный взгляд, словно мужчина искал подвох в каждом моем слове, в каждом действии. Хотя укорить его в этом не получалось. Ведьмы и правда были существами свободолюбивыми и независимыми. Мало кто решился бы добровольно сковать себя такими ограничениями, какие требовались на военной службе.

– А вы понимаете, что если заключите с флотом контракт, то разорвать его и уйти будет очень сложно?

– К этому я тоже готова.

– Контракт заключается на три года. Вдруг через месяц вам снова захочется радикальных перемен?

– Я не настолько люблю их, чтобы срываться с места так часто, – вздохнула я.

Капитан прищурился и явно хотел сказать что-то еще, но передумал. Побарабанил пальцами по столу, рассеянно обвел взглядом кабинет и собрал мои бумаги.