О чём речь полностью

Например, когда я пыталась выяснить, как за последние сто лет изменилось произношение слова артель (о нем есть рассказ в этой книжке), я воспользовалась, в частности, МУРКО – мультимедийным корпусом, входящим в НКРЯ. Как же было здорово, нажав кнопку, моментально получить одиннадцать отрывочков из фильмов, где это слово произносят! Замечательно, что Корпус все рас тет и растет, а его поисковые инструменты всё изощряются и изощряются. Собственно, это можно посмотреть на сайте НКРЯ – http://www.ruscorpora.ru.

С появлением НКРЯ жизнь лингвистов-русистов очень украсилась. То, на что у нас раньше уходили годы (выискивание примеров по текстам, сортировка пыльных карточек с вы писанными контекстами), теперь достигается за несколько секунд и в гораздо большем объеме. А для лексикографов настала просто райская жизнь! Правда, замечу, что это привело и к появлению большого количества лингвистических работ, выполненных по принципу «наливай и пей»: прогоняешь какое-нибудь слово через Корпус – и готово дело. А там есть еще такая чудная кнопочка – «Показать распределение по годам». Нажимаешь – и выскакивает красивый график. И пожалуйста – научная статья: вот, мол, такое-то слово, в такие-то годы столько-то, вот столько-то процентов во множественном числе, а в таком-то жанре столько-то. Хочется спросить: «И?» В молодом поколении лингвистов многие убеждены, что именно так выглядит настоящая наука, а, скажем, проводимый вручную тонкий семантический анализ – так, пережитки прошлого. Ну да ничего, будем надеяться, что это детская болезнь и она пройдет.

Помимо собственно научной работы, Корпус еще изумителен тем, что теперь можно получать какие-то предварительные ответы на возникающие в ходе жизни лингвистические вопросы. Дело в том, что наш индивидуальный языковой опыт очень ограничен и обычно слабо отрефлектирован. И Корпус позволяет нам выйти за его пределы. При веду несколько примеров из последнего времени.

Подруга-редактор спросила меня, насколько вообще допустимо тавтологическое сочетание «денежные купюры». Это очень легкий вопрос для Корпуса (денежный + купюра на расстоянии 1 – то есть рядом). Оказывается, такое встречается нечасто (48 вхождений при том, что само слово купюра зафиксировано 1430 раз), но, в частности, и у хороших авторов: С. Довлатова, И. Грековой, В. Дудинцева, А. Азольского, Д. Рубиной и др. Ну а дальше – дальше каждый сам решает, достаточные ли это для него авторитеты.

Или вот в последнее время многие заметили, что помимо нормативного варианта в Дон бассе и из Донбасса в литературной речи начал распространяться вариант на Донбассе и с Донбасса (понятное дело, региональное влияние). Тут надо заметить, что как раз в данном случае провести серьезное социолингвистическое исследование с привязкой к территориям НКРЯ (пока) возможности не дает. В рассказе про поребрик (он тоже есть в этой книжке) я упоминала не которые другие инструменты, которые можно тут использовать. Но Корпус позволяет быстро прикинуть, действительно ли раньше в литературной речи такого не встречалось. Как выражался В. С. Черномырдин, «Сроду такого не было, и вот опять то же самое».

Вообще-то этот вариант и раньше встречался – и у приличных авторов:

Так на Донбассе и остался на эту зиму: что-то там с железными дорогами (И. Ратушинская. Одесситы, 1998).

Но, конечно, довольно редко, в Донбассе – во много раз чаще. Интересно, что аналогичное с Донбасса попадается почаще, причем есть и довольно старые примеры:

Но у Лимонова, например, более стандартно: