Сейчас американская гегемония в мире опирается на моральное лидерство США в деле защиты и продвижения либеральной демократии. После кризиса коммунистического мировоззрения либеральная демократия стала смыслом и вдохновением в борьбе за мировое господство, единственным подлинно глобальным мировосприятием. Ею оправдываются огромные военные расходы, полная и всеохватная милитаризация Соединённых Штатов.
Так что? Действительно, наступил конец истории?
Опыт прошлого показывает, – нет. Как раз нынешняя глобальная победа идеи либеральной демократии указывает на завершение определённой исторической эры в развитии мировой цивилизации. Она расчищает завалы отживших религиозных, культурных и цивилизационных форм организации государственных отношений
После Второй Мировой войны впервые в истории человечества выделились две глобальные Сверхдержавы, а именно Советская Россия и США. Они повели борьбу за мировое господство на основе глобальных идеалов, глобальных проектов устроительства мировых отношений.
Первый идеал был разработан в России в начале ХХ века В.Ульяновым-Лениным на основаниях философского марксизма. Ленин превратил европейский философский марксизм в большевистское коммунистическое мировоззрение и создал советское государство, смыслом и целью существования которого стала борьба за выстраивание общечеловеческой империи индустриального пролетариата с глобальной плановой экономикой, обслуживающей коммунистические представления о справедливости межчеловеческих отношений.
Второй идеал разрабатывался в США в 30-е годы при президенте Рузвельте для спасения американской капиталистической экономики от хаоса Великой Депрессии мировой капиталистической системы торговли и рыночного хозяйствования. Вслед за британским экономистом Кейнесом президент Рузвельт поставил задачу позаимствовать у Советской России опыт государственного планирования и правительственного управления индустриальной экономикой, но приспособить этот опыт для спасения рыночного капитализма. Однако после успеха своего Нового Курса в деле преодоления хаоса Великой Депрессии в самих США Рузвельт столкнулся с проблемой неразрывной зависимости восстанавливаемой американской капиталистической экономики от мировых капиталистических отношений. На определённом этапе углублять и расширять восстановление американской экономики оказывалось невозможно без распространения внутреннего государственного регулирования на остальной мир, без упорядочения всей мировой капиталистической системы хозяйствования, без превращения её в глобальную систему хозяйствования и торговли, управляемую из одного центра, то есть из США.
При выработке идеологического обоснования, необходимого для воплощения соответствующего проекта мирового управления капиталистическими отношениями, правящие круги США столкнулись с внутриполитическим противоречием. В самих США господствовал республиканский национальный идеал общественных и государственных отношений, идеал республиканского устройства политической власти, политического самоуправления англосаксонской американской нации. Демократия лишь обслуживала этот идеал, позволяла национальному среднему классу оказывать определяющее влияние на внутреннюю политику. При таком идеале идеологически господствовала республиканская националистическая партия, партия англосаксонских националистов, англосаксонского национального среднего класса Новой Англии, которая победила в Гражданской войне 1861-1864 годов и создала США такими, какими они предстали в ХХ веке, – самой индустриально развитой державой мира. Демократическая партия Соединённых Штатов выступала лишь противовесом республиканской партии, обеспечивала сглаживание внутренних разногласий разных слоёв населения в условиях широких свобод экономического выбора и необходимых для этого свобод слова и политического выбора. Она объединяла в основном этнические и расовые меньшинства, в историческом и политическом смысле отсталые в сравнении с англосаксами. Таким образом, США предстали страной «двух скоростей», в которой именно англосаксы задавали цели и скорость цивилизационного, хозяйственного развития. Республиканский идеал поощрял изоляционистские воззрения, и их придерживалось большинство граждан страны, что создавало серьёзные препятствия для перехода к новой, экспансионистской внешней политике. Трудно было выступать против республиканского изоляционизма, который позволял сосредотачиваться на внутренних проблемах освоения огромного девственного пространства североамериканского континента.
