Но это еще не все. Ведь если даже в 1924 г. статью «Электричество» можно было бы, ради имени Энгельса, напечатать, по мнению Эйнштейна, то почти за 30 лет до этого, вскоре после смерти Энгельса, ее публикация могла иметь и прямой научный смысл: она появилась бы в 1895 г., т. е. за 2 года до открытия электрона Дж. Дж. Томсоном в 1897 г., что было бы очень важно, так как в статье Энгельса содержалось прямое предвидение этого великого открытия (чего, очевидно, не заметил Эйнштейн, вероятно, при беглом просмотре статьи «Электричество»). Между тем Энгельс (еще в 1882 г.) в ней прямо говорит, проводя параллель между учением об электричестве и химической атомистикой, что «в области электричества еще только предстоит сделать открытие, подобное открытию Дальтона, открытие, дающее всей науке средоточие, а исследованию — прочную основу»[1]. Здесь речь идет о подобии «дальтоновскому открытию атомных весов»[2], следовательно, косвенно высказывается идея о дискретности электричества.
[1] К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. 20, стр. 434.
[2] Там же, стр. 433.
Такая идея более определенно выдвигается в виде прогноза, когда Энгельс пишет о надежде «выяснить, что является собственно вещественным субстратом электрического движения, что собственно за вещь вызывает своим движением электрические явления»[3].
[3] Там же, стр. 439.
Наконец, в самом конце статьи (и это за несколько лет до создания в 1885—1887 гг. Аррениусом теории электрической диссоциации!) Энгельс предсказывает: «Понимание этой тесной связи между химическим и электрическим действием, и наоборот, приведет к крупным результатам в обеих этих областях исследования. ...только тщательное учитывание химических процессов в цепи и в электролитической ванне может вывести науку из тупика старых традиций»[4].
[4] Там же, сто. 485.
Не удалось Бернштейну хотя бы как-нибудь оправдать свое неблаговидное поведение в отношении Энгельса и его научного наследия. Если для отношения Эйнштейна к наследию Энгельса характерно уважение к его имени, то у Бернштейна мы видим типичное для всякого оппортуниста трусливое стремление свалить на другого свою собственную вину, выгородить себя ссылками на ученые авторитеты, а главное — жгучую ненависть к революционной диалектике и тем самым — к самой сути работы Энгельса «Диалектика природы». Именно эта ненависть и обусловила тот печальный факт, что рукопись Энгельса увидела свет только спустя 30 лет после смерти ее автора. Это — еще одно темное пятно на нечистой совести лидеров современного оппортунизма.
В своем предисловии к английскому изданию «Диалектики природы» Дж. Б. С. Холдейн писал, что «было большим несчастьем не только для марксизма, но и для всех отраслей естествознания, что Бернштейн, в руки которого попала рукопись Энгельса после смерти Энгельса в 1895 г., не опубликовал ее»[1]. Ведь, по словам Холдейна, в этом труде Энгельса важно в первую очередь не то, как Энгельс разбирал те или иные частные «естественнонаучные взгляды и теории, многие из которых сегодня утратили свое значение, а то, как Энгельс ставил научные проблемы, как он предвосхищал «дальнейший прогресс науки»2. Исключительно важно признание Холдейна, что если бы метод мышления Энгельса был знаком естествоиспытателям, то, например, преобразование физических представлений, которое начиналось на рубеже XIX и XX вв., прошло бы более гладко. О себе лично Холдейн пишет: «Если бы заметки Энгельса о дарвинизме были известны раньше, то я благодаря этому избежал бы ряда неясных мыслей. Поэтому я от всего •сердца приветствую издание английского перевода «Диалектики природы» и надеюсь, что будущим поколениям ученых она поможет выработать гибкость мышления»[3].
[1] F. Engels. Dialectics of Nature. Preface, p. XIV.
[2] Там же, pp. XX, XII.
[3] Taм же, р. XIV.
Выдающийся советский физиолог А. Ф. Самойлов в статье «Диалектика природы и естествознание», опубликованной вскоре после выхода в свет книга Энгельса, писал: «Мне представляется, что не издать такой книги и держать под спудом статьи Энгельса в течение 30 лет, это истинное преступление. Книга Энгельса полна глубочайшего интереса»[4].
[4] «Под знаменем марксизма», 1926, № 4—5, стр. 65.
В книге «Литературное наследство К. Маркса и Ф. Энгельса. История публикации и изучения в СССР» (М., 1969, стр. 151—152) говорится: «Во второй книге «Архива» впервые на немецком и на русском языках увидела свет пролежавшая у Бернштейна более 30 лет «Диалектика природы» Энгельса. Рукопись этой работы была официально признана социал-демократической партией, по заключению члена этой партии физика Лео Аронса, устаревшей и непригодной для печати. В 1924 г. она была направлена на заключение Альберту Эйнштейну.
Хотя Бернштейн послал ему лишь часть рукописи Энгельса, а именно большой набросок об электричестве и магнетизме, Эйнштейн высказался за публикацию «Диалектики природы». И далее шла ссылка на стр. XXVI книги П Архива К. Маркса и Ф. Энгельса.
