будь он так чувствителен к опасностям. За какую-то долю секунды
до того, как боцман нажал на гашетку он с ловкостью юноши
метнулся под прозрачный щит, ограждавший палубное орудие.
Скорее всего на подлодке решили, что пулемёт находился на борту
взорванного баркаса и именно погибший Вард орудовал им,
расчищая от мин проход для нашего "Жуковска". Этим и
объяснялась вальяжная неторопливость старого садиста, который
видимо собирался тряхнуть стариной, самолично расправившись с
беззащитным траулером и его экипажем.
О случайных свидетелях он мог не волноваться, поскольку на
этой стороне острова в радиусе 12 миль не наблюдалось ни одного
судна. Хромец встал во весь рост за прозрачным щитом и чёрное,
короткое дуло качнулось вправо и чуть вверх, нацелившись точно
в середину нашего капитанского мостика. Я, как говорят: "
почувствовал звон тишины ", так наверное слышит за секунды до
залпа свою приближающуюся смерть, стоящий с завязанными
глазами у расстрельной стены. Но наш бравый,усатый пулемётчик
ударил первым. Длинная очередь полоснула по
пуленепробиваемому стеклу , не оставляя следов и не причиняя
ему вреда, но видимо рука Кранке, наводившего орудие всё-таки
дрогнула. Воронёное дуло дёрнулось чуть вверх и с несолидным
звуком, напомнившим выстрел пробки из бутылки с Шампанским,
плюнуло огнём в нашу сторону. Устиныч зычно рявкнул:
"Ложись!" - и первым бросился выполнять свою команду, увлекая
за собой и меня.
В этот момент я стоял столбом, пребывая в полном оцепенении и
падая так здорово приложился лбом о какой-то выступ, что на миг
увидел бенгальские огни, кои вполне подходили к предыдущему
звуку хлопнувшей шампанской пробки. В тот же миг что-то
прошелестело над нашими головами. На палубе пеленгаторной
площадки, служившей крышей-падволоком штурманской рубке,
что-то с диким звоном ухнуло. Как-будто выскользнул из строп,
251
неумело стянутыми похмельными грузчиками и грохнулся на
асфальт с высоты верхнего этажа районного Дома культуры
концертный рояль, почти уже втянутый в гостеприимно
распахнутые окна актового зала. От третьей подряд контузии и
пожизненной глухоты меня спас болевой шок, вызванный
капитальным расквашиванием лба и последовавшим за ним
небольшим сотрясением.
Пошатываясь от накатившей слабости, я поднялся на ноги. Над
нами , что-то потрескивало и шипело, порыв ветра донёс чёрный ,
выедающий глаза дым и едкий запах гари. Располагавшиеся
прежде на пеленгаторном мостике репитеры магнитного и
гирокомпаса, а так же антенну судовой РЛС, да и саму верхнюю
мачту превратил в пар и мелкую оплавленную труху один, судя по
калибру небольшой снаряд,выпущенный из палубной пушки
"Брунгильды", которую я так неуважительно сравнил с водомётом.
Мне с тупым равнодушием подумалось, что следующий "плевок
водомёта" будет более точным. Я плюхнулся на живот и уткнулся в
воняющую ржавым железом и солью палубу саднящим разбитым
лбом и прикрыл слипающиеся от крови веки. Так прошла минута,
выстрела всё не было. Подняв голову и приоткрыв, не без труда,
слезящиеся глаза, я увидел, что Устиныч вновь стоит у борта
ограждения, вглядываясь через окуляры бинокля во вражью
сторону. Оторвавшись от наблюдения, он повернул ко мне своё
закопчённое гарью лицо с грязно-серыми, допрежь седыми усами
и с какой-то кривой улыбкой произнёс: " Сцепились пауки на наше
счастье !"
Я, цепляясь за всё, что можно с великим трудом привёл себя в
вертикальное положение. В разрывах полос тумана темнела
чёртова субмарина. На пиратской палубе и вправду происходила
какая-то суета. Я поднял выпавший во время падения бинокль. Из-
за противоположной от нас стороны рубки, опасливо поглядывая в
нашу сторону, выглядывала голова смуглого, черноволосого
человека. Смуглый что-то горячо говорил или скорее кричал в
сторону укрывшегося за прозрачным щитом Кранке, как-будто
пытаясь его в чём-то убедить. При этом всё время указывал рукой
в сторону северной оконечности острова, укрытую плотными
облаками тумана. Зато с нашей стороны подлодки происходило
кое-что более интересное. Из тёмного проёма рубки показался
плотный рыжеволосый и рыжебородый мужчина.Он был в тёмном
252
кителе на голое тело. Китель на мгновение распахнулся и на
животе человека показалась широкая, белая полоса бинта с
расплывшимся на правом боку тёмным пятном. " Это Штинкер.
Скорее всего с командором пообщался " - уверенно подумалось
мне
В левой руке рыжеволосый сжимал большой матово-серебристый
пистолет. Он прильнув спиной к рубке, стараясь быть
незамеченным Кранке, крался в его сторону. В нашу сторону он
даже не глядел,совершенно, видимо, поглощённый решением
внутренней проблемы. Укрытие самого командора располагалось
